– Вот видишь, мы уже три месяца мучаем друг друга. Пора это прекращать.

– Вот так сразу? – засомневалась девушка.

– Ну, нас же не сразу поженят. Еще месяц друг другу нервы потреплем.

– Да ну тебя, - Алина заехала мне кулачком в плечо. – Я о другом - не торопимся ли мы?

– У нас будет целый месяц, чтобы это понять. Есть время соскочить, - успокоил я девичьи страхи, но оказалось, я ее неправильно понял.

– Что?! – девушка сверкнула глазами.
– Ты собрался передумать прямо перед свадьбой?! – девушка едва не задохнулась от возмущения.

– Я не про себя, а про тебя, - поспешил я сгладить свой промах.
– Хоть я и не особо романтичен, зато я точно знаю, что хочу. И своих решений не меняю, - это мое пафосное заявление Алину впечатлило, и мы даже смогли вернуться в очередь.

– Если даже передумаете, то купленные по спецталонам в магазине новобрачных товары возвращать не заставят, - заговорщицки подмигнула нам девушка с игривой родинкой над губой и в песцовой шубе. Значит, все же услышала наш разговор.

– Но вот видишь, везде профит, - подбодрил я свою невесту.

К Митрошиным после ЗАГСа мы ехали, рассматривая эти самые талоны.

– Платье свадебное, фата, туфли светлые, перчатки белые, - вслух читала Алина, водя пальчиком по вкладышам книжки с изображением молодоженов. Строки с бельем и предметами женского туалета девушка не озвучила. Мамонтов заинтересованно грел уши. – Мужской костюм или ткань, сорочка мужская белая, полуботинки мужские черные, две простыни, две наволочки, два двуспальных пододеяльника, одна скатерть, четыре полотенца.

– Неплохо так, - прокомментировал наш водитель.

– Ага, - согласилась с ним Алина. – Еще тут есть талон на посещение парикмахерской, проката и ателье.

– Семен, ты меня не жди. Скорее всего, я здесь надолго зависну, - озвучил я свое предчувствие, когда мы припарковались возле дома теперь уже моей официальной невесты.

– Тогда до завтра, - не стал он спорить, за что я был ему благодарен. Мне как-то резко стало не по себе, начался непонятный мандраж.

Подняв глаза на освещенные окна третьего этажа, я втянул в себя морозного воздуха, выдохнул пар и решительно зашел в подъезд.

– Мама, папа, мы с Альбертом подали заявление в ЗАГС! – с порога обрадовала родителей Алина.

Я выставил перед собой купленный по дороге торт, чтобы хоть как-то подсластить горечь от приобретения такого зятя, как я.

Что-то пошло не так - именно эта тревожная мысль посетила меня при виде растерянного, выходящего из здания городского УВД, Пахоменко.

Отыскав взглядом припаркованный в отдалении наш потрепанный «москвич», он изобразил лицом «все пропало» и в обнимку с портфелем запрыгнул в свою черную «волгу». Машина тронулась с места, вырулила на проспект и покатила в сторону центра.

– Давай за ним!
– раздраженно поторопил водителя Скворцов тоже заподозрив в поведении чиновника неладное.

– Рано! – гаркнул я с заднего сидения на обоих. – Надо сперва убедиться, что за ним хвоста нет.

Семён кивнул, вернув обе руки на руль, и мы принялись ждать. Скворцов ерзал на переднем пассажирском сидении, Мамонтов напряженно всматривался в припаркованные возле Управления автомобили, а мое внимание было приковано к крыльцу. Боялся увидеть несущегося к нам не совладавшего с нервами из-за нештатной ситуации Ситникова.

Не увидел. Выдержка не подвела старшего нашей группы. Да, теперь мы специальная группа. С приказом нас ознакомил лично заместитель начальника областного УВД по кадрам Валерий Муратович Шафиров. Операция вошла в завершающую фазу, а значит пришла пора легализоваться, иначе все наши наработки даже советский суд в качестве доказательств не примет. А мы вместо заслуженной награды получим обвинение в превышении должностных полномочий и оговоре высокопоставленного сотрудника милиции.

Мы - это старший инспектор ОБХСС старший лейтенант милиции Ситников, инспектор уголовного розыска лейтенант милиции Скворцов, следователь органов внутренних дел старший лейтенант Чапыра и помощник следователя органов внутренних дел младший лейтенант Мамонтов. Сборная солянка.

– Нет никого, поехали! – замучился ждать Скворцов. Он с той памятной встречи с Шафировым словно духом воспрял, еще и энтузиазмом загорелся. Наконец, поверил, что участвует не в серых схемах мутного следака, а действует в правовом поле, более того, занимается архиважным делом - чистит ряды сотрудников милиции от коррупционеров.

Мамонтов завел двигатель, и мы выдвинулись к заранее оговоренному месту встречи.

С самого начала стало понятно, что взять с поличным Цепилова не выйдет. Начальник городского ОБХСС предпочитал собирать дань на своем рабочем месте, а это значит, операцию предстояло проводить на его территории, что силами только нашей группы сделать было нереально. Нас быстрее самих скрутят при первой же попытке сунуться в кабинет Цепилова. Привлекать же сторонние силы – значит рисковать утечкой информации, на что никто из нас пойти был не готов. Слишком высоки были ставки в этой игре для каждого из нас. Шафиров на кон поставил свою репутацию, Ситников - свою карьеру, а я мечтал вырваться за железный занавес. И до заветной цели мне оставался сделать один шаг – взять Цепилова.