– Даже не спросишь о коте? – услышал я за спиной сперва голос, а затем цокот каблуков по лестнице.

– Как кот? – послушно спросил я.

– Отлично! Обжирается целыми днями да спит на том же диване, что и ты. Мама в Ваське души не чает. Отец тоже любит с ним на коленях вечерами посидеть.

– Рад, что у вас у всех все в ажуре, - произнес я, открывая дверь в квартиру.

– А ты как съездил? Отец сказал, что у тебя все хорошо, и что тебя даже наградили, - выпалила Алина, снимая пальто и разуваясь.

– Нормально съездил, и да, у меня все хорошо, - подтвердил я.

– Бедненький, устал, - меня погладили по щеке и пожурили. – Опять с кем-то подрался.

– Я ни с кем не дрался, - начал было я, но плюнул и ушел в ванную.

Когда вышел, на кухне что-то шкворчало.

– Я тебе плов из дома принесла, - отвлеклась Алина от сковородки. – Мама готовила, - улыбнулась она. – Хлеба тоже прихватила. Полкаравая. Знаю ты его любишь.

Я уселся на табурет и наблюдал как девушка сервирует стол. Трикотажное платье облегало ее фигуру, ухоженные волосы были распущены и красиво падали на ее хрупкие плечи.

– Спасибо, - произнес я, получив свою порцию.

Теперь уже Алина смотрела, как я ел.

– Ладно, я пойду, - засобиралась она, помыв посуду.
– А ты отдыхай.

– Останься, - попросил я ее.

– Доброе утро, - вошел я в кабинет начальника следствия на оперативку. Ответом мне были тишина и настороженные взгляды коллег. Журбина единственная, кто более живо отреагировал на мое появление. Она вздрогнула и принялась икать. Экое несчастье, теперь надо или выпить не менее литра или минут десять задерживать воздух.

– Здорово, - затем отмерли Сорокин с Войченко.

– А мы тебя уже не ждали, - внесла свою лепту Акимова. – Думали в Москве останешься. Говорят, ты какое-то крупное дело раскрыл? – раздираемая любопытством, задала мне вопрос старший следователь.

– Не могу об этом говорить, дал подписку, - разочаровал я ее, а заодно и всех остальных, которые тоже были не прочь послушать о моих злоключениях.

– Пиши объяснительную почему опоздал, - без прелюдий принялся меня строить Курбанов. – Я не Илья Юрьевич! Я тебе нарушение дисциплины спускать не намерен!

– Товарищ майор, на часах ровно девять утра, - постучал я пальцем по циферблату своих Seiko, вызвав зависть у мужской части коллектива.

– Следовать обязан приходить на службу за пятнадцать минут до начала рабочего дня! – тому подтверждением стал высунувшийся со своим мнением старший следователь Панкеев.

«Хрен плешивый» – мысленно наградил я его эпитетом, додумывая о том, что в последнее время мне вообще везет на плешивых.

– И где это написано? – Акимова ухмылялась сидящим напротив нее Курбанову с Панкеевым и явно получала от конфронтации с ними удовольствие.

– Марина Гавриловна, что с делом Пепеляева? – сменил объект атаки Курбанов.
– У вас сроки выходят на этой неделе! Опять продлять решили?! Предупреждаю сразу, за волокиту буду карать жестко! Это ко всем относится, - обвел он не предвещающим ничего хорошего взглядом притихших следователей.

– Мне лучше знать, как свои дела расследовать! – зашипела в ответ Акимова. – Я в следствии пятнадцать лет, а ты и десяти не служишь! Учить он меня еще будет.

– И поучу! С сегодняшнего дня я временно исполняющий обязанности начальника следствия!

– Приказ еще не подписан! – не уступала Акимова.

– После обеда я вас, товарищ майор, лично с ним ознакомлю! – глаза Курбанова горели огнем.

– Вот когда ознакомишь, тогда и будешь указывать, да и то в рамках уголовно-процессуального кодекса! – оставила за собой последнее слово Акимова.

Потенциальный ВРИО поиграл желваками, но, видимо, решив перенести битву на более благоприятное время, переключился на Журбину.

– Людмила, что у нас по раскрытым?

– В этом месяце пока семь только. Ты же сам знаешь, что я одна работаю, - начала она объяснять ситуацию.
– Левашова перевели, Чапыра полмесяца отсутствовал.

– Людмила Андреевна! – перебил ее Курбанов. – Вы курируете расследование дел по неочевидным преступлениям! Так и занимайтесь этим, а если не можете организовать работу, то расследуете дела сами! Мне нужны не отговорки, а результат! Сегодня двадцать четвертое ноября. Так что до вторника, тридцатого, доведите число раскрытых дел хотя бы до десяти!

– Но, Руслан, - принялась возражать Журбина, но ее грубо оборвали.

– Мне без разницы как ты это сделаешь! Я поставил задачу, значит выполняй! Так, кто у нас следующий, - Курбанов провел пальцем по своему списку на столе. – Войченко! – стоящая рядом с Денисом Ирочка даже вздрогнула от его окрика.