Шрифт:
Может, и до короля мое послание не дошло? Хотя от него можно было ожидать чего угодно. Как помощи, так и бездействия. Это был просто отличный шанс избавиться от Аморы. Тогда Линди, вероятней всего, оставила бы попытки бежать. А Северный предел был бы вручен храброму лорду, отвоевавшему Северные земли. И чтобы подкрепить его права, ему еще и руку вдовы вручат. Мою руку.
Я зло стукнула по подоконнику кулаком, стесав кожу. Если у меня родился такой логический план, то и голову короля он мог посетить. Потому… я сделала что должно – уведомила монарха. А рассчитывать буду на свои силы.
Несколько дней ожидания я провела за книгой по магии, закрывшись в кабинете Нейта и укутавшись в его походный плащ. Почему-то это придавало мне уверенности, словно я чувствовала его незримую поддержку. Даже спокойней становилось. И заклинания, и без того давно выученные, легко сплетались с магией. И еще… я стала сильнее. Это ощущалось в том, как быстро откликалась сила, как сплетались и расплетались заклинания. Если раньше я уставала от пяти упражнений, то сейчас и двадцать были всего лишь разминкой.
Но и это не успокаивало меня совершенно. Если сбежавшие с поляны воины примкнули к остальным – то в Гнезде точно знали, кто именно колдует для Черного волка. И Грунельда, а она определенно неподалеку, сделает все, чтобы обезопасить самое малое своих соплеменников. А мне не хотелось крови. Не хотелось рисковать жизнями моих воинов, жизнью Нейта!
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть и, захлопнув книгу, прикрыть ее несколькими бумагами.
– Войдите! – разрешила я, так и не скинув с плеч плащ моего супруга. – Альберт? А где сир Кристофер? Прибыли гонцы из Гнезда?
– Нет! Сир Кристофер отлучился по своим делам, сейчас вернется и вытолкает меня взашей.
– И правильно сделает. Прости, но если ты не с новостями о гонцах…
– Миледи, вам не стоит с ними встречаться. Они обещают вам жизнь, но вряд ли сдержат обещание, – горячо и быстро заговорил Берт, подавшись вперед так резко, что я невольно отпрянула, откинувшись на спинку кресла. – Вы можете сбежать. Я помогу вам, леди Ребекка. Попросите защиты у короля. Вы ведь хотели избавиться от этого брака.
Я смотрела на Альберта, и образ доброго светлого друга стремительно таял. Берт, которого я некогда приняла за своего единственного друга, сейчас казался мне совершенно чужим. Может, все из-за подозрений. А может, и правда что-то в нем изменилось. А может, и прежде оно так и было, просто я не хотела этого замечать.
– А как же лорд Амора? – ровно и бесцветно полюбопытствовала я.
– Вы все равно ему не поможете, – сквозь зубы процедил доверенный человек моего мужа. Единокровный, пусть и незаконнорожденный брат…
Вот уж правду говорят, смотри по поступкам, кому доверять.
– Я приму к сведенью все, что вы мне посоветовали, лир Альберт, – холодно отчеканила я. – А теперь… покиньте кабинет.
Альберт посмотрел на меня долго и внимательно, а после просто кивнул каким-то своим мыслям.
– Как прикажете, миледи, – но уже у самого выхода он чуть задержался. – Я должен был вам жизнь. Считайте это попыткой вернуть вам долг.
– Я учту это.
Нет уж, лир Альберт. Вам не отделаться так легко! Я не приму какой-то плохонький совет в уплату долга жизни. Мучайся! И пусть этот долг преследует тебя вечно.
И не успела я остыть после визита Альберта, как в дверь снова постучались.
– Миледи, к вам там какая-то ведьма. – защебетала взволнованная Тира. – Говорит, что вы ей задолжали. Хильда уперлась, сказала, что только через ее труп эта старуха в Северный предел попадет.
Тингельда. Как не вовремя. Просто день уплаты долгов какой-то…
– Передайте, что я спущусь через минуту.
– Ты войдешь в этот дом, только когда северные льды сгорят дотла! – неистовствовала Хильда, встав в воротах, и не стесняясь в выражениях, объясняла, куда стоит отправиться незваной гостье.
Ее морщинистое лицо выцвело от гнева, став похожим на меловое изваяние, а из глаз, казалось, вот-вот посыплются искры.
– Не тебе это решать! – спокойно отчеканила Тингельда, опираясь на клюку и буравя взглядом управляющую делами Северного предела. Во второй руке она сжимала небольшой узелок, в который разве что ложка и кружка поместятся. И только побелевшие костяшки пальцев выдавали, чего стоило ей это напускное спокойствие. – Я пришла к хозяйке замка, а не к старой кляче, мнящей себя большой шишкой.