— Что-о-о? — протянула недоумённым и настороженным тоном Лара, которая, оказывается, не постеснялась сейчас залезть мне в голову, — какая ещё гроза? Где?

Я, спохватившись, ткнул пальцем прямо по курсу предполагаемого дома Лары и тоже обалдел. Гроза по весне не редкость, но вот гроза именно там, куда мы сейчас летим, это уже не гроза. Это что-то другое!

— Срочный взлёт! — резким голосом, слышным на всю округу, скомандовала эльфийка, свистнув при этом так, что гном, выдиравший какие-то детали из катеров, от испуга подскочил и стукнулся головой о низкий подволок машинного отсека.

— Есть срочный взлёт! — придурошным голосом отрепетовал ей Арчи, вместе со снятым с пулемётов Антохой сейчас галопом носившийся от лагеря к дирижаблю. Мало того, к ним присоединился ещё и Кирюха, серой тенью переправляя на корабль какие-то пакеты. Что-то они таскали такое, очень ценное, стремясь перебить мой Новониколаевский подвиг. — Артём, помогай! Бабуля, пять минут! Далин, да брось ты эти железяки, ну чего ты копаешься?

Лара, пересилив себя, кивнула внучку, да и Далин, внимательно посмотрев на неё, тщательно завернул запчасти в мешковину, залил маслом, засунул в ящик и принялся быстро закапывать его в сухой песок под приметным кустом. Потом вытащил и спрятал вёсла, присыпав их всё тем же песком, и присоединился к нам.

Как кони, мы носились по острову от лагеря к «Ласточке», перетаскивая мешки, ящики, пакеты и связки. Антоха паковал, радуясь добыче и уже что-то там в уме себе высчитывая. И не зря, как по мне. Через две недели, первого числа каждого месяца, у нас делёжка и зарплата, а такими темпами обломится парню, да и всем нам, довольно-таки неплохо. Снабжались такие экспедиции только на отлично, и эта была не исключением. И пусть оружия было мало, зато боезапасу много, да хорошего качества, да продукты, да прочая амуниция — всё это было не лишним. А лишнее, кстати, и продать можно. И тут уже флаг Далину в руки, как говорится.

Мы на бегу обруливали демонстративно медленно идущую к дирижаблю эльфийку, выдававшую своё нетерпение только лёгким постукиванием подобранного прутика по своему же щегольскому сапожку и старались успеть.

Наконец, одновременно с подошедшей к кораблю и готовой взорваться Ларой, Далин закинул в коридор последний, самый тяжёлый мешок. Бегом, прямо по ящикам и свёрткам, мы с Арчи ворвались в штурманскую рубку и приготовились стартовать с ходу. Лара, чтобы не мешать нам и не подгонять нас своим нетерпением, уселась за мой стол, лишь коротко вздохнув.

— Готов! — проревел в переговорную трубу Далин, и «Ласточка» прыгнула с места в небо, стремительно набирая высоту. Стартовали так резво, что в коридоре Антоху явственно замутило, да и мне стало не очень хорошо от такого резкого падения давления. Лара удивлённо посмотрела на меня, потом ещё более удивлённо на покрасневшего, готового пустить кровь из носа Арчи и в одно движение подлечила нас всех.

— Спасибо! — благодарно икнул ей в ответ маг, — ты у меня самая лучшая бабушка на свете!

Мы очень быстро поднялись выше облаков, одновременно выходя из разворота по ветру, что дул сейчас как никогда кстати, по направлению к нашей цели. Я вывел двигатели на полные обороты, разгоняя «Ласточку» и поднимая её ещё выше.

— Арчи, со мной, — негромко скомандовала эльфийка, отстёгиваясь и поднимаясь со своего места. — Допросим болезного. Посмотрю, как ты это делаешь. Артём, как что увидишь или почувствуешь, вызывай меня, не стесняйся.

— Есть! — коротко отрапортовал я, занятый удержанием «Ласточки» на курсе, и они вышли. Непонятная гроза стала мне чуть слышнее, с такой-то высоты, и я направил корабль прямо на неё. Летели мы сейчас километров сто в час верных, но могли бы и еще быстрее, но это Арчи стоило подумать и разложить скоростную форму каркаса. Ну да ладно, и так неплохо, быстро подойдём.

За моей спиной в коридор из машинного отсека выскочили Далин с Антохой, и принялись споро перекидывать добычу в грузовой отсек, чтобы не мешала в случае активных действий. Работа у них шла споро, но гном нашёл в себе силы отвлечься, чтобы прогудеть на весь корабль, демонстративно ни к кому конкретно при этом не обращаясь.

— Три пулемёта ручных! — гремел он там чем-то. — Ну правильно же, три катера — три пулемёта! Самые новые, из Белорецких арсеналов! С дисками, гляди ты, и запасные есть! Ну и вещь, ох и вещь!

Чувствовалось, что в разговоре он пропускает имя Артём, но имеет при этом в виду именно меня.

— И знаешь что? — повернулся он уже прямо в мою сторону, наплевав на условности. — Хер я их кому отдам! Понял? Нету их, и всё! Спрячу, и выдавать буду только под роспись и инструктаж! Да я их лучше Кирюхе доверю, чем вам, обалдуям! Уж он-то, молодец такой, понимает, что можно отдавать, а что нет!

— Да успокойся ты! — не выдержал уже я. — Мешаешь ведь! И я, ей-богу, Виктор Михалычу скажу, как ты тут извелся на это самое от жадности. Пусть прочувствует, как это, у тебя пулемётами одалживаться. Пусть порадуется, вместе с Игорем.