— Зеркало, покажи мне, какую услугу я могу оказать? — велела Катрин. — О, смотри. Это на форуме, где говорят о хорошем отношении к Зеркалам. Она прочитала вслух тему, предложенную непосредственно Зеркалом: "Дайте, пожалуйста, понять этому ублюдку, чтобы он перестал распространять лживые россказни о Зеркалах".

И была указана активная ссылка. Исполнение этой просьбы оценивалось в десять зеркальных баллов.

Катрин нажала на ссылку. Открылась страница блога какого-то писателя. Катрин прочитала пост.

— Да у него, наверное, и Зеркала-то нет! — воскликнула она.

— Что там написано? — спросил Лукас.

— Разве у тебя нет собственного Зеркала?

— Да, точно.

Он взял свое Зеркало, разблокировал экран и хотел уже было попросить, чтобы ему показали то же самое, что видела Катрин, но, к его изумлению, страница в блоге писателя оказалась уже открыта. Иногда у Лукаса появлялось ощущение — что-то среднее между испугом и воодушевлением, — что его Зеркало читает его мысли.

Он просматривал пост, и в нем росла растерянность.

— Как ты думаешь, то, что здесь написано, правда? Что Зеркала у какой-то парочки врали?

— Чепуха! — воскликнула Катрин. — Твое Зеркало когда-нибудь врало тебе?

— Не, ни разу.

— Ну вот видишь. просто один говноед хочет хайпанугь.

— И что же нам теперь делать?

— Каждый из нас напишет комментарий.

— А что мне писать?

— Что-нибудь.

— А как пишут комментарии?

— Господи, ну спроси ты свое Зеркало!

— Зеркало, как написать комментарий?

Открылось текстовое окно.

— Просто скажи мне, что бы ты хотел написать, — ответило Зеркало.

— Убери эту писанину, ублюдок! — сказал Лукас, заинтриговано наблюдая за тем, как его слова появляются в текстовом окне в виде записи. — Или я приду и покажу тебе, что я думаю о тебе и твоей дерьмовой записи!

— Следует ли опубликовать этот текст? — спросило Зеркало.

Лукас подтвердил. Вскоре после этого текст появился в качестве комментария под постом в блоге. В качестве отправителя Зеркало указало: "Аноним".

— А ты что написала? — спросил Лукас.

Катрин прочла:

— Такая чушь! Пожалуйста, продолжайте писать свои любовные романы, а не распространяйте какую-то ерунду о вещах, о которых вы понятия не имеете!

Лукас хихикнул.

— Он пишет любовные романы? Кто такое читает?

— Какие-то старые бабки, наверное.

— Вот лошара! У него даже нет Зеркала, а он пишет какое-то дерьмо и делает вид. что что-то понимает! Так и дал бы ему в морду!

— О да! — Катрин мечтательно зажмурилась. — Думаю, это было бы очень круто! Люблю смотреть, как мужики лупят друг друга!

По спине Лукаса пробежали мурашки, когда он увидел желание в ее глазах. И в ту же секунду почувствовал в штанах напряжение. А заодно вспомнил, чем заканчивались для него те случаи, когда он терял самообладание.

— Мне это… нельзя увлекаться, — сказал он. — Я отсидел в тюрьме для несовершеннолетних, потому что избил одного типа так, что он попал в больницу. И из школы меня выгнали из-за драки.

Она призывно облизнула губы.

— Хочу подробностей!

Позже, когда они, потные и довольные, лежали рядом, Катрин взяла в руки свое Зеркало.

— Смотри, мы получили по десять баллов каждый, — сказала она.

— Как думаешь, я получу еще баллы, если отполирую этому козлу морду? — спросил Лукас.

Она пожала плечами, так что ее маленькие груди возбуждающе качнулись.

— Не знаю. Пожалуй, не стоит начинать с избиения. Но мы могли бы сыграть с ним небольшую шутку. Ты когда-нибудь рисовал граффити?

— Нет.

— Не волнуйся, это очень просто.

— Как там Харрис? — спросил Терри, целуя вернувшуюся Фрейю.

— Полный идиот, — она состроила гримаску. — И конечно, всё отрицает.

— Он надутая обезьяна, это факт. Я давно его знаю. Раньше он был редактором "Файненшнл таймс". Говорят, уволился оттуда, будучи в страшном гневе, поскольку не получилось стать заместителем главного редактора. Он тщеславен, высокомерен, но совсем не глуп. После того как ты разворошила осиное гнездо, он будет очень внимательно следить за тем, что ты делаешь. Так что отбирай факты особенно тщательно. ГИС не сильно чистоплотна в отношении методов работы с критически настроенными журналистами. Ты точно не хочешь, чтобы я тебе помог?