— Не знаю. Он строчит любовные романы. Впрочем. не мое лело. Но что меня особенно тревожит в этом посте, так это комментарии под ним. Их сто двенадцать. Больше, чем к любому другому посту, который когда-либо писал этот пользователь. И они почти все отрицательные. Как, например, вот эти.

Фрейя показала несколько особенно ярких примеров и перевела их содержание:

Такая чушь! Пожалуйста, продолжайте писать свои любовные романы, а не распространяйте какую-то ерунду о вещах, о которых вы понятия не имеете!

Что в этом плохого, если Зеркало говорит вам, что пришло время начать все сначала? Благодаря моему Зеркалу я расстался с подругой, с которой мы были вместе три года. На следующий день у меня была подруга еще лучше прежней.

Всегда одно и то же! Таким говнюкам, как ты, стоит начистить рыло. Тогда ты наконец увидишь в зеркале, как ты должен выглядеть на самом деле!

Господин Салу не является владельцем Зеркала и, как он сам говорит, ничего не понимает в технике. Тем не менее он осмеливается судить здесь об одном из самых гениальных изобретений человечества за последние сто лет. Даже более того, он осмеливается предупреждать о его опасности. Обоснованием служит более чем сомнительная и малоправдоподобная история, основанная на слухах, причем два главных героя так и остаются неназванными. Доказательства, не вызывающие сомнения, выглядят иначе. Но об этом господин пользователь, очевидно, тоже не знает. Он определенно технофоб, которому даже смартфоны — как кость в горле. Он, видимо, живет в старомодном, дрянном и нелепом мире своих дешевых любовных романов, в которых все проблемы мира решаются тем, что он и она пристально смотрят друг другу в глаза и клянутся в вечной верности. То, что Зеркала, как неоднократно доказывали независимые опросы, уже спасли жизнь многим людям, что они, как было доказано, значительно улучшают качество жизни и радуют своих владельцев, он просто полностью игнорирует. Такие люди, как г-н Салу, которые из чистого невежества предупреждают о вреде технического прогресса, относятся к той же категории людей, что противники вакцинации, а также те, кто отрицает Холокост. Ничтожный человек!

Убери эту писанину, ублюдок! Или я приду и покажу тебе, что я думаю о тебе и твоей дерьмовой записи!

Тот, кто пишет романы с такими названиями, как "Колокола блаженства" или "Любовь под шелест елей", не должен позволять себе высказывать мнение о чем-либо изобретенном после 1970 года.

Редко приходится читать такой высер. Такое же извращенческое говно, как и его книги!

— Ну и что? — спросил Терри. — Тролли ведь везде есть. Кроме того, когда ты пишешь что-то критическое, всегда надо быть и самому готовым к критике.

— Я прекрасно это понимаю. Но не кажется ли тебе странным, что банальный пост в блоге привлек так много критиков? Человек пишет любовные романы. Наверняка его блог обычно читают романтически настроенные дамочки.

— Возможно, пост завирусился.

— Это не так, я проверила. Все это длилось с самого начала, еще до того, как я нашла его.

— Ты думаешь, что это все — спланированная акция? Кто-то хочет очернить этого Салу?

— Для меня это выглядит именно так.

— ГИС?

— Может быть. Или…

— Или что?

— Или за этим стоит зеркальная сеть.

Лукас стоял на углу улицы и наблюдал за небольшим многоквартирным домом, в котором жил этот говнюк — Андре Салу. Катрин ждала возле входа и смотрела на экран Зеркала. Из дома вышла пожилая женщина. Катрин немного с ней поговорила. Женщина кивнула, после чего Катрин протиснулась мимо нее в парадную.

Лукас подождал, пока женщина не скрылась за углом, потом быстро подбежал к дому. Катрин открыла ему входную дверь.

— Ты не забыл записку, которую я для тебя набросала? — спросила она.

Он помотал головой.

— Ладно. Помни, он живет на третьем этаже. Я подожду здесь. Если кто-нибудь захочет войти в дом, я буду отвлекать его, пока ты не окажешься здесь. Поторопись!

— Ясно.

Катрин выскользнула на улицу. Лукас прислушался и начал подниматься по лестнице на третий этаж, нарушая тишину скрипом ступенек. На площадке снова покрутил головой — никаких посторонних звуков вроде нет. Он достал из сумки баллончик с краской и встряхнул его. Затем развернул записку и прочитал текст, который придумала Катрин: "Здесь живет сумасшедший технофоб, распространяющий лживые сказки".

Быстро нанося послание на стену рядом с дверью, Лукас особенно старался правильно написать слово "технофоб", тем более что понятия не имел, что оно означает. Наверняка какое-нибудь отборное ругательство.

— "Живет" пишется через "и", — мелькнуло сообщение в Зеркале. Лукас проигнорировал его, поскольку услышал, что на четвертом этаже хлопнула дверь. Черт!

Он попытался еще быстрее дописать свое послание, однако у него не получилось, поскольку на лестнице уже были слышны чьи-то тяжелые шаги. Лукас стремительно бросился бегом вниз, распахнул входную дверь и побежал мимо Катрин по улице.

— Сматываемся! — крикнул он, но девушка последовала за ним неспешным шагом.

— Катрин хочет поговорить с тобой, — сообщило Зеркало.

— Должен ли я ответить?

— Да.

— Остановись, придурок!

Лукас остановился, переводя дыхание. Адреналин бурлил в нем. Чуть не поймали! Это было приятное возбуждение, и Лукас гордился тем, что выполнил трудную и опасную задачу. Но Катрин не была так довольна, как он надеялся.

— "Живет" пишется через "и", ты, валенок! — сердито заявила она. — А слово "сказки" пишется с буквой "з". К тому же ты не дописал его. Как, по-твоему, это выглядит? Будто стену пачкал полный идиот!