— Нам нужна помощь, — чуть тверже сказал Рейм.

Похоже, это не наемник, который за пару монет поможет выбраться из этого подземелья. Что-то неладно было с ним в принципе…

Олар посмотрел на меня так, словно его подернутые мутной пленкой глаза были зрячими, словно видел меня. А может, я и зря решила, что он слепой. Слепой бы не правил лодкой.

— Хорошо, ведьма, — вероятно увидев что-то важное для себя, решил он. — Только держи колдовство при себе. Что бы ни случилось.

Мне не совсем нравилась такая постановка вопроса. К тому же как можно что-то обещать, если не знаешь, что тебя вообще ждет. Но на меня теперь смотрел еще и Рейм. Притом таким взглядом, словно собирался меня как минимум утопить, если я отвечу отказом. Или просто оставить самостоятельно разбираться с собственными бедами.

— Хорошо-хорошо! Я буду самой послушной колдуньей континента, и даже если эта посудина будет идти ко дну, сложу ручки и стану послушно тонуть вместе со всеми, — подняв примирительно руки, согласилась я и первой направилась в сторону лодки.

— Вот это я понимаю — хороший настрой, — проговорил как-то ошарашенно Рейм, обогнав меня и спрыгнув на борт.

Лодочник молчал, кажется, он даже не смотрел в нашу сторону, когда я тоже легко спрыгнула в лодку и Рейм уже на лету ловко поймал меня за талию.

И вопреки всему произошедшему, я снова смутилась от его прикосновений. Все же это странно. Наверное, странно так реагировать на мужские прикосновения. Может, проверить на ком-то еще? Надо обязательно озаботиться и попытаться разобраться в том, что происходит со мной.

Мы присели на скамейку. И лодка тронулась.

Снова становилось все холоднее. Все темнее. Оставалось только удивляться, как вообще этот Олар угадывал, куда плыть.

— Похоже, это самый талантливый лодочник во всем мире, — решила я скрасить разговором дорогу.

— Так и есть, — подтвердил мои слова Рейм. — Говорят, что он родился в этих подземельях, вырос в них и править лодкой научился раньше, чем ходить. Не знаю, правда ли это. Но вот то, что он действительно лучший, — несомненно.

В общем-то, не поспоришь, лодкой он правил действительно умело.

Суденышко набирало скорость, словно течение усиливалось. Свет фонаря едва выхватывал из тьмы стены туннеля — и я могла поклясться, что они точно сужались. От этого становилось все страшнее и страшнее. Из-под воды то и дело выпрыгивали камни — острые, как клыки хищника. И когда мне казалось, что вот уже столкновение неизбежно, — посудина уходила от камня или стены так неожиданно и мастерски, что оставалось разве что восхищаться этим человеком.

— Боги, а ведь я подумала сперва, что он слепой, — тихо призналась я, вцепившись в руку Рейма обеими руками и борясь с отчаянным желанием зажмуриться.

— Так и есть, — снова подтвердил Рейм, в этот раз скупо и напряженно.

Вот в этот момент у меня по спине и пополз мороз.

— Шутишь? — сипло, но с надеждой переспросила я.

— Ни грамма! Он действительно совершенно ничего не видит.

О боги! Я буквально окаменела в ужасе. И как назло, ко всему прочему послышался шум воды. Все громче, громче и громче… И тут я поняла, что это… водопад. Впереди был водопад, а нашей лодкой правил слепой лодочник.

Боги! Что мне теперь делать?!

— Доверься лодочнику, — прошептал Рейм мне прямо на ухо, чуть касаясь его губами.

И, наверное, впервые за все наше знакомство его прикосновение не возымело никакого эффекта. Я заледенела от ужаса и просто не в состоянии была ни на что реагировать.

Шум воды становился громче, лодку уже откровенно швыряло по туннелю. И меня ко всему прочему замутило. Захотелось зажмуриться и в то же время — было страшно закрывать глаза. Из-за чувства, что стоит лишь моргнуть даже, и случится страшное.

Как тут доверять кому-то? Кому доверять? Я и Рейму не очень-то доверяла, а этому бледному умертвию и подавно.

— Возьми себя в руки, — чуть жестче и громче заговорил Рейм. — Тебя успокоит, если я скажу, что уже проходил этот путь?

— Ни капли, — абсолютно честно призналась я.

— И все же ты обещала магию не применять. От сбоя вероятность погибнуть куда выше, чем от сложностей пути.

— Сложностей? Это ты так сейчас назвал возможность разбиться и утонуть? — сквозь зубы полюбопытствовала я, но руку Рейма не отпустила.

Наоборот, вцепилась в нее еще сильнее. Уже если мне суждено утонуть, то ты, дорогой, пойдешь ко дну вместе со мной. И даже на том свете я не оставлю тебя в покое.

— И все же ты пообещала не применять магию. Не забудь об этом, пожалуйста, — напомнил мне он.

Признаться, я была на грани. Магия прокатывалась под кожей, реагируя на страх и почти непреодолимое стремление сделать хоть что-то. Память настойчиво пыталась подсунуть мне хоть какое-то заклятие, чтобы выжить. Но я снова заставила себя вспомнить, чем обернулось простенькое заклинание в «Кривой ноге». По справедливости, Рейм должен был меня прогнать после такого. Но нет. Как бы не вышло, что именно теперь он и решил отомстить мне за тот провал.