Хотя костяшки чешутся, когда я замечаю золотко в компании Сани. Сидят непозволительно близко, их бедра соприкасаются. Так ещё и склонились над телефоном, едва лбами не бьются.

— Какого черта здесь происходит?

— Ян, мы это…

Саня тут же подрывается, принимая стоку «смирно». Соня же взмахивает своими ресницами, приоткрывая пухлые губы. А после поспешно прячет телефон за спину.

Конспираторша, блин.

— На выход.

— Волков, послушай…

— Я предсмертные хрипы послушаю, если сейчас не уберешься.

Раздражение и усталость удивительно быстро трансформируются в злость. Она кипит в венах, несется, разрушает контроль и выдержку. Хочется догнать Саню и встряхнуть пару раз.

Какого хрена он к Соне лезет?

И чем они это занимались тут?

Настолько замотался, что не было времени проверять камеры. Знал, что с охраной она под надежной защитой. Никто не проберется. А тут, видимо, нужно было из-за самой охраны переживать.

Работники года, млять.

— Телефон, — рявкаю, протягивая ладонь.

— Ян, мы ничего такого…

— Телефон, живо. Ты сейчас в шаге от наказания, Соня. Не пытайся разозлить меня сильнее или качать права. Это ясно?

— Ясно. Что ты придурок.

Едва не швыряет в меня мобильник, поднимаясь. Хмурится и странно смотрит, словно изучает. Ну и пофиг, меня другое заботит. Второй раз подкупает моих людей, а те и рады.

Или это Саша у нас удивительно сговорчивый оказался? Видимо, нужно обновить в его памяти все правила и как должны строиться отношения с работодателем.

И женщиной, которая носит моего ребенка.

— Иди в комнату, — швыряю оба мобильника, свой и Сани, на кухонную тумбочку. Роюсь в холодильник в поиске воды. Что-то отрезвляющее и ледяное не помешает. — Соня, я тихо говорю?

— Не смей на меня кричать. Я не твоя жена, не твоя подчиненная, чтобы выслушивать такое. Если у тебя был плохой день, то срывайся на ком-то другом. А лучше найди себе грушу и снимай стресс так.

— Ты сейчас договоришься.

Предупреждаю, откручивая крышечку. Пластик улетает на пол, а я ещё и пинаю, отправляя подальше. Каждая деталь бесит. Скручивает нервы так, что действительно не против найти себе боксёрскую грушу.

Человеческую, с определенным именем.

А если бы я не пришел вовремя? Задержался на встрече или встал в пробке при выезде из города? Уже бы в постели застал? Охренеть перспектива, счастье так и лезет.

— Ян… — зовет тихо, медленно приближается. — Ничего такого не произошло. Ты не переживай, я не пыталась позвонить кому-то или передать сообщение.

— Сонь, ты знаешь, что к злому мужику лучше не подходить? А я сейчас на грани. Поэтому, чтобы дальше не было обид и слез, иди к себе. Я успокоюсь и зайду за тобой.

— Для чего?

— На прогулку пойдем, тебе нужно на свежий воздух. Но сейчас, свали с глаз.

Ну точно невинный цветочек. Слиток золота, до которого ещё не добрались жадные ручонки ювелира. Потому что в детдоме ни одна девчонка бы до такого не додумалась. Напирать, пока у меня едва пар из ушей не валит.

Там все знали, что в пацанские разборки лучше не лезть. А затаиться или сбежать подальше. Одна Ада лезла, но только потому, что часто эти разборки сама и устраивала.

Но это Ада.

Соня-то чего лезет?

— Там ты тоже будешь на меня кричать и огрызаться? — тянет обиженно. Млять, приплыли. Маты смешиваются в голове, пока хочется послать подальше. Но нельзя, чтобы не обидеть ещё сильнее. — Я не заслужила такого, Ян.

— Ты в телефоне шарилась, этого уже достаточно. Хотя тебе нельзя выходить на связь ни с кем. Или что, страх пропал? Уже не переживаешь, что кто-то решит тебя убрать?

— Я просто календарь смотрела, — шмыгает носом, отворачиваясь. — И свои социальные сети, смотрела фотографии.

— На кой черт?

— Вспоминала, что именно было в Испании. Когда мне сказали, когда приехали. Сверялась, чтобы не ошибиться.

— Ясно. Черт, — лохмачу волосы, подлетая к девчонке. — Ты заходила в сети со своего аккаунта? Вводила пароли?

Потому что если да, то это кабздец.

— Я ничего не…

— Сонь, — сжимаю её хрупкие плечи, чуть встряхиваю, прекращая этот тон, словно я главный монстр в стране. — Это очень важно. Ты заходила? Отметки ставила? Проявляла активность на страничках.