Шрифт:
– С кем я говорю?
В моем голосе не появляется ни капли дружелюбия.
– С Дедом Морозом, - усмехается собеседник.
Глава 6
– С кем?
Мышцы лица мгновенно напрягаются. Неизвестно почему, но я вдруг начинаю снова испытывать тот священный трепет и тот ужас, которые ощутила сегодня утром, увидев в первый раз вещественные доказательства существования общества.
– С Дедом Морозом, Мария Андреевна. Не стоит так удивляться. Вы же в курсе того, что происходит.
Так это один из них? Боже, со мной лично сейчас что, разговаривает один из членов тайного сообщества?
– Что вам нужно? – включаю громкую связь и делаю знаки Северову, чтобы прислушивался к нашему разговору.
– Видите ли, Мария, я представляю людей, верящих в чудеса. Тех, кто хочет вернуть человечеству утраченные традиции. И нас большинство, поверьте.
– Кем бы вы ни были, я, мы предотвратим…
– Молчите и слушайте, - голос вдруг теряет веселость и теперь звучит жестко, - в течение последних пятидесяти лет людей лишали главного - надежды. Нация погрузилась в пучину тоски и бессмысленного существования. Дети, лишенные Новогодней сказки, превратились в маленьких взрослых – безликих, запуганных существ. Наше общество «Даешь Новый год» спасет их. Мы изменим ход истории. А вы станете свидетелем этой перемены.
– У вас не получится, вас арестуют и тогда….
– У нас уже получилось. Нас поддерживает весь народ, и совсем скоро вы лично убедитесь в этом. А потом потрудитесь переписать все свои книги и научные работы.
– Что с Уточкиным? – задаю вопрос, который очень хочет озвучить Северов.
– Вы же получили подсказку, разве нет?
Собеседник вдруг дает отбой.
– Стойте, подождите! – кричу в трубку.
Хочу набрать номер, но вспоминаю, что он скрыт.
– Ну, что? – спрашивает Северов.
– Ничего. Хорошего.
Слово в слово пересказываю наш разговор, вдруг он что-то не расслышал или я что-нибудь упустила.
– Мммм, да, - только и отвечает он.
Тут мне в голову приходит мысль, от которой становится не по себе. Этот человек сказал – у нас есть подсказка. Означает ли это, что Уточкин у них в плену и в лесничестве мы сможем его найти? Только в каком он будет состоянии? Вдруг его избивали? Пытали? О худшем не хочется даже думать.
Кажется, эта же догадка посещает Северова одновременно со мной.
Не сговариваясь, срываемся с места и бежим к машине.
Я заскакиваю на свое место, Илья садится за руль и газует. Несемся с максимально допустимой скоростью. Северов выжимает из машины все, что можно.
Лесничество встречает нас открытыми воротами, сугробами в полтора метра, хлопьями снега, повалившими вдруг с неба, и тишиной. Бросаем машину у ворот и идем к довольно обшарпанному строению, расположенному в глубине.
Я кутаюсь в свою куртку, стараюсь не допустить, чтобы снежинки попадали за воротник. Удивляюсь, почему не намотала на шею шарф перед выходом из дома. Не заболеть бы. Хотя, это все мелочи по сравнению с тем, что нас может ждать внутри.
Все окна дома темны, лишь через одно пробивается тусклый свет. Убыстряем шаги и через три минуты оказываемся у крыльца. Мы даже не разговариваем, потому что боимся строить страшные предположения вслух.
Откуда-то сбоку вдруг раздается шуршание.
Резко поворачиваем головы, но это всего лишь дворняга вылезает из будки и косится на нас умными голодными глазами.
Вспоминаю про остаток чебурека в кармане. Достаю, вынимаю из пакета и делаю шаг к собаке.
– Бобик, ты голодный? Иди сюда, покормлю.
Отдаю чебурек псу и смотрю, как он с жадностью набрасывается на съестное и в секунду проглатывает. Облизывается и снова смотрит на меня в надежде на еще один кусочек еды.
– Бобик, хороший пес, они тебя тут совсем не кормят, а? – глажу пса по холке, - или ты Тузик?
Пес виляет хвостом и смотрит на меня почти уже преданными глазами.
– Опять этот ваш психологический прием? – хмыкает Северов.
– Вы о чем?
– Ну как, вы же сами рассказывали сегодня. Если сильный стресс, то надо отвлечься. Переключиться.
– Запомнили?
– У меня прекрасная память, пока еще.
– Честно говоря, да, вы правы. Знаете, боюсь заходить внутрь. Вдруг там нас ждет засада? – даже голос понизила до шепота, - или…в общем, вы понимаете.
– Спокойно.
Северов берет инициативу в свои руки и тянет дверь на себя. Выглядываю из-за его спины и вижу перед собой темный коридор. Жутко.
– Я пойду первым. А вы, Маша, можете пока постоять здесь. Или спрятаться, скажем, за ту же будку.
Северов выставляет перед собой какую-то суковатую палку наподобие дубины, и где только успел найти, потом уверенно делает шаг вперед, а я….догоняю и хватаю его под руку.