Шрифт:
– Нет уж, уважаемый директор, вместе, так вместе. Вас тут убьют, а мне потом живи с неспокойной совестью.
– Думаете, будет лучше, если нас обоих убьют?
– А вы уж постарайтесь. Примените пару приемов карате, не знаю, вот этой вашей дубиной воспользуйтесь.
Осторожно пробираемся по коридору, останавливаясь каждые полметра и прислушиваясь к любому шороху.
Внезапно до моих ушей долетает гул разговоров.
Дергаю Илью на себя и вцепляюсь в него, призывая тем самым остановиться.
– Слышите, - шепчу ему в самое ухо и замираю.
– Что?
– Разговоры.
– Кажется, что-то такое, да.
Идем дальше еще осторожнее. Страшно жуть, все же я больше кабинетный работник, чем ниндзя-спасатель. Только присутствие рядом Ильи успокаивает.
Звуки разговоров становятся все отчётливее, только эти разговоры какие-то…странные.
Переглядывается и ускоряем шаг.
Коридор заканчивается внезапно, мы вваливаемся в комнату и замираем на месте, уставившись на представившуюся картину во все глаза. Не в силах поверить в происходящее.
Глава 7
В небольшой по размеру комнате стоит самодельный стол, а за ним сидят два мужика, одетые в телогрейки, шапки-ушанки и валенки.
На столе стоит почти пустая бутылка водки и закуска, состоящая из банки соленых огурцов, селедки с луком, хлеба и колбасы, нарезанной толстыми ломтями.
Каждый из мужиков мерно покачивается из стороны в сторону и сжимает в руках большой граненый стакан.
Их лица раскраснелись, на нас они смотрят осоловелыми глазами. Тот что справа кажется смутно знакомым.
– Илья, что же это такое? Они…пьяные? Я так переживала, так нервничала, а тут всего лишь вот это?
Северов взирает на все в немом молчании.
– Илья Владимирович, какими судьбами? – заплетающимся языком произносит тот, который показался знакомым.
– Уточкин, что это все значит? – в голосе директора сплошной металл, а я, наконец, понимаю, откуда знаю мужика. Досье. И фотография охранника в нем.
– Я не хотел говорить, чес слово. Тогда они меня усыпили, притащили, накормили…, - продолжает тот.
– Напоили, - дополняю высказывание горе-охранника.
– Угостили, - не соглашается с моим утверждением Уточкин.
Прохожу вперед, осматриваюсь по сторонам.
Так-так.
Радом со столом стоит ящик шампанского, дальше ящик водки. Нехило они тут затарились.
Протягиваю руку к ящику, выуживаю одну из бутылок и верчу в руках.
– С Новым годом! – вдруг громко провозглашает молчавший до этого сторож, - ваше желание обязательно исполнится!
– Даааа, - протягивает Илья, покачиваясь на носках, - думаю разговаривать с ними бесполезно. Применен прием зомбирования, так что хоть все елки вывози. Уточкин, как выглядели похитители ты, хотя бы, помнишь?
– Даешь Деда мороза и Снегурку! – отвечает Уточкин.
– Тащить ёлки по сугробам то ещё развлечение, - добавляет сторож и вздыхает.
Переглядываемся с Северовым, возвращаюсь к нему.
– Похоже здесь нам больше делать нечего.
– Думаю, вы правы, - соглашается директор.
В полном разочаровании мы выходим на улицу, а мороз тут же обжигает кожу. Будто кто-то свыше решил устроить настоящую русскую зиму, а ведь таких холодов не было на моем веку ни разу. Да еще и снег повалил с неба крупными хлопьями.
Пес при нашем появлении вскакивает и начинает преданно смотреть умными глазами.
– Еще и собаку завели, - жалуюсь Северову, - он же тут оголодает, пока эти там…пьянствуют.
Подхожу к будке и снимаю пса с привязи. Он продолжает доверчиво смотреть и вилять хвостом. И ведь не взрослый, совсем еще щенок.
– Ладно, возьмем пока, - решаю я, - вернем, когда проспятся.
– Это как хотите, - отвечает Северов.
Доходим до машины, загружаемся в нее вместе с Дружком, как я решаю временно называть собаку и трогаемся с места.
У Ильи звонит телефон.
– Да, - бросает в трубку директор, - Денис? Ясно. Этого и следовало ожидать. Срочно отправляй туда бригаду. Да, Уточкин нашелся, ничего не помнит. Да, действуйте по инструкции. Что? Нет никаких инструкций на этот счет? Тогда ждите моего приезда.
Отключается и переводит взгляд на меня.
– Нужно срочно возвращаться.
– В чем дело?
– Поступила новая неутешительная информация. Со всех предприятий по производству ликеро-водочной продукции было вывезено почти все имеющееся в наличии шампанское.