Полезность Варвары Богдановой оказалась куда выше, чем я мог себе представить, а ведь мы только приехали.

— Варвара Анатольевна, от лица княжества я приношу вам извинения за случившееся. Это было трагическое недоразумение. Как я и сказал, вы прибыли в не самое удачное время и в княжестве сейчас военное положение. Это не оправдание, я просто прошу вас отнестись с пониманием к тому, через что сейчас проходит Великое Княжество Финляндское и каждый его житель. Виновный пойман и будет наказан по всей строгости. Если желаете, можем передать его в ваши руки и доставить его в Санкт-Петербург. В ближайшее время с вами свяжется наш юрист для урегулирования всех недомолвок в досудебном порядке. Мы готовы сполна компенсировать нашу оплошность.

Пока Костя Адлерберг пел сладкие речи извинения я внутренне улыбался и испытывал легкое восхищение. То, как быстро Костик освоился на троне и как изменился его внешний вид, осанка, голос и манера речи действительно впечатляло.

Костя, даже не смотря на то, что находился в тени Йордана и был в самом хвосте списка претендентов на княжеское кресло, вне всякого сомнения хотел стать Князем и готовился к этому. Просто по наитию выдать такую речь и так ловко разобраться с проблемой невозможно. Для этого нужна подготовка и определенный склад ума.

Все-таки я не ошибся. Из Кости Адлерберга выйдет отличный глава княжества. Хотя меня напрягает, что Коновницын, очевидно, согласен с моим мнением. Пусть и жестоким методом уничтожения всех остальных претендентов на трон, но боярин тоже решил посадить во главу Великого Княжества Финляндского именно Костю. И если я не хочу неприятных сюрпризов, надо будет разобраться почему Коновницын это сделал. Ведь он никогда и ничего не делает просто так.

— Оставьте свои извинения и компенсации при себе, Константин Михайлович, — без тени улыбки жестко перешла Варвара к делу, — вместе с гостевыми покоями и утренними встречами. Вы правы, ваше сиятельство, мой визит носит исключительно деловой характер. Позвольте представиться как подобает. Меня зовут Богданова Варвара Анатольевна, и я здесь не как частное лицо, а как уполномоченный представитель его высочества Гавриила Романова.

С этими словами Богданова, неожиданно для всех присутствующих, вытащила тонкий бумажный сверток и передала в руки окончательно потерявшего инициативу Константина Адлерберга.

С каменным выражением на лице, Костик прочел содержимое, скрепленное подлинной печатью Романовых. Сглотнув ком в горле новоиспеченный Князь перевел гневный взгляд на меня, резонно полагая что это моих рук дело.

А что я. Ответить мне было нечего. Я понятия не имел какой козырь был в рукаве у Варвары. Представить не могу каких усилий стоило семейству Богдановых добыть этот документ в столь сжатые сроки. Наверняка Варвара добилась этого не сама, а рулила всем именно ее мать Василиса. Но даже Василиса Богданова далеко не всевластна, и наверняка залезла в долги к влиятельным людям, чтобы это провернуть.

Одним спасибо тут не отделаешься. Но с все нарастающим долгом перед семейством Богдановых разберемся позже. Кнут Варвара показала, и чтобы не перегибать, необходимо показать пряник и начать диалог.

Бедный Костя и так на пределе из-за событий сегодняшнего дня. Если он вдруг почувствует себя загнанным в угол, проблем будет много.

— Все всё поняли, — как можно спокойнее сказал я и подхватил Варвару за талию.

Только вошедшая во вкус Богданова, которая жаждала возмездия и не замечала берегов, попыталась вырваться, но я намертво прижал ее к себе и прошептал в ухо:

— Ты большая молодец, спасибо. Дальше я сам.

Недовольно фыркнув, девушка ослабила напор и подчинилась.

— Соболезную твоей утрате, Костик, — вежливо проговорил я, бросив взгляд на все еще неприкрытое ничем мертвое тело Анны фон Бриммер, — даже по одной короткой встрече я понял, насколько она была тебе дорога.

От одного упоминания имени Костя вздрогнул и с трудом сдержал порыв.

— Них*я ты не знаешь, самозванец, — отбросив свою Княжескую маску, процедил сквозь зубы Адлерберг, — ты обещал, что никто не пострадает! Ты дал слово что никого не тронешь!!! Думаешь я этого хотел? Думаешь мне нужен от е*аный трон такой ценой? — переходя на крик выпалил Костя.

Я терпеливо молчал, дав Костику выбросить из себя хотя бы часть бушующей внутри боли. Дождавшись, когда Адлерберг сделает паузу, я уверенно сказал:

— Это был не я.

Костя истерически засмеялся и закатил глаза. Из глубины души донесся внезапный эмоциональный порыв. Я поддался ему и шагнул вперед, обняв дрожащего от бессилия, боли и ярости Адлерберга.

— Это был не я, Костя, — повторил я и медленно отстранился, вытянув в руке раскрытый документ Арсения с пульсирующей императорской печатью, — Клянусь своей жизнью, родом и честью моих предков, что я, Жуков Марк Игоревич ни словом ни делом не вредил ни Анне фон Бриммер, ни кому либо из погибших в этом поместье.

Костя Адлерберг уже устал удивляться происходящему и когда я закончил говорить, он ужасающе серьезным тоном спросил:

— Кто?

— Коновницын, — тут же ответил я и закрыл документ.

Немалых усилий мне стоило так открыто назвать фамилию виновного по моему мнению боярина.

С печатью Романовых шутки плохи и, если бы императорская техника уловила в моих словах хоть намек на неуверенность в своей правоте, пощады бы не было. Риск присутствовал, и риск немалый. Но только таким образом я мог окончательно убедить Костика в своей невиновности.