Для меня это дико. Еще много лет назад, когда в Питере работала, такого уже так не наблюдалось. Всё ведь автоматизировано, да и просто труда не составляет.

— Если что, звони. Девочки мои скинут.

— Спасибо, — очень эмоциональная девушка, любит держать зрительный контакт. А мне бы букетик свой быстрей получить и дальше по маршруту, — Ты замуж выходишь? — вот уж этого вопроса не ожидала. Видя мой растерянный вид Ева спохватывается, — Лишнее болтаю, наверно, — да уж есть немного, — Тебя просто с мужчиной каким — то в городе видели. Сестра сказала на вид очень солидный, даже внушительный, — говорит очень быстро, будто оправдывается, — Вечно наши что — то болтают, — суетясь, задевает банку со шпажками, та падает на пол.

— Ев, успокойся, всё хорошо. Может и видели, мне всё равно. Я тебя отвлекаю? Могу снаружи подождать.

— Нет, нет, что ты. Я почти закончила, красоту сейчас наведу и готово, — руки у нее золотые, всегда получается стильно и аккуратно.

Когда выхожу, Ева придерживает мне дверь. Мы с ней прощаемся. В этот момент Эдуард меня замечает, из автомобиля буквально выскакивает.

— Ия Игоревна, вы почему не сказали, что тяжелое будет. Я бы помог, — забирает у меня одну из коробок.

— Они не тяжелые, — говорю сущую правду, — Две разве что держать неудобно. Заедем с тобой ещё за пирожными?

— Заедем везде, куда только скажите. Если надо я сам всё куплю.

— Спасибо за заботу, но я и так перестала что — либо сама делать. Немного пройти точно могу, — Эдуард скупо посмеивается, несколько раз он был свидетелем ограничений Макара.

Такая модель отношений не напрягает, возможно, из — за того, что у папы с Ларисой всё было так же. В рабочее время она была очень важной, строгой, ответственной. Дома всё менялось, ей даже нравилось, что ответственность на папе лежала. После его смерти она со мной частично её разделила. Специально, чтоб я не чувствовала себя не нужной.

В здание инспекции пропускают меня без проблем. Один из охранников помогает цветы донести. Девочек еще не поздравляли, ждали основную часть подарка.

Таня и Ирина Федоровна выходят ко мне в коридор.

— Я не верю, что ты в наш бюджет уложилась, — Таня скептически смотрит на стоящие в шляпных коробках цветы.

— Они тебе внешне не нравятся?

— Как они могут не нравиться? Стоят они гораздо дороже, не пытайся меня обмануть.

— Мы сколько должны? — подключается начальник отдела.

— Ничего не должны. На собранные вами средства я к чаю купила, девочки пиццу и роллы ведь заказали? — стандартный набор, еще может быть шашлык с овощами.

— Да вроде, скоро им должны привезти.

День рождения у Юли и Лены. Как только девочки видят цветы и конфеты, улыбки на их лицах становятся шире. Поздравление выходит очень эмоциональным.

На этапе поочередных обнимашек Катя выдает:

— А у нас букеты скромнее всегда, на фоне этих ободранные, — смотрит на девчонок из своего кабинета.

Так сложилось: у нас ответственность за подарки несут соседи по кабинету. Лена не «наша», но день рождения с Юлей в один день — звезды сошлись.

Ха — ха, хорошая же я соседка по кабинету, уволилась. Привыкнуть к этой мысли могу не всегда.

— Так вопросы не к нам, — отзывается Таня. Остальные молчат. Никто не ожидал, что будет контрольный в голову, — Мы как обычно сдавали, тебе в том числе.

Некоторых в краску бросает.

— Катена, я тебе закажу точно такие же, — говорю бодро, не хотелось бы нагнетать обстановку.

— А почему закажу? Ты сама не придешь? — спрашивает так невинно — наивно, словно и правда не понимает.

— Я тут, вроде как, не работаю больше. По памяти к вам забрела. Думала, покормите безработную, — глаза максимально жалобные делаю, губу поджимаю.

— Точно — точно, еда. Надо встретить, — Юля прямо с подарком направляется к двери.

— Юль, ты оставь это, — киваю на её руки, — А еду я с тобой заберу. Девочки пока тут всё подготовятся, — большинство оживляются и уверяют, что всё через пару минут готово будет.

Как только выходим, Юля меня обнимает. Такая милая, хоть плач.

— Спасибо тебе, что пришла. И за цветы тоже спасибо. Нам без тебя очень плохо. Может можно ещё переиграть?

— Юль, да я вроде как уже не хочу. Страшно немного и непривычно. По вам я тоже скучаю, но не хочу. Осадок, наверно, остался.

— Их всех тряханули. Не знаю на каком уровне Гайворонский разнес, но что — то определенно произошло. У нас все шелковые, даже с управы меньше звонят.

— Видишь, как полезно иногда кого — то бояться, — шучу, но тем не менее. Несколько раз я пыталась с Макаром поговорить, он же четко задался целью меня как можно меньше волновать. Попросил просто не беспокоиться и получать удовольствие от «ничегонеделания». В этом я преуспела.