Прикрываю глаза и вздыхаю. Знаю, что сын не может быть равнодушным, когда меня критикуют. Он вообще на удивление легко сошелся с Егором. За шесть лет дома у нас мужчина появился впервые, и к моему удивлению Егора это не задело. Хотя раньше ему определенно не нравилось присутствие посторонних в нашем окружении. Может быть, я просто не заметила? Боже, как сложно. Мыслей в голове миллион, параллельно помогаю Егору выбраться.

— Ий, прости. Излишне резок был. Не стоило. Но я правда очень волнуюсь.

— Все в порядке, он отойдет быстро, — произношу слегка приподняв уголки губ. Глаза Егора настолько грустные, мне кажется, что я слышу его мысли в своей голове. Дыхание спирает. Всё могло быть иначе, но уже не будет. Сожаление одно на двоих.

Отказать Егору в желании позагорать я не могу. Хотя в это время выйдет скорее пообгореть. Натершись с ним кремом с ног до головы, улеглись под теплые солнечные лучи. Знаю, что хватит Егора от силы минут на двадцать, больше он улежать не сможет. План собственно срабатывает, ровно через пятнадцать минут занятие надоедает. Он устремляется к остальным детям в оборудованную детскую комнату. Его место в течении пары минут занимает жена одного из мужчин.

— Так здорово, Ия, выбрались отдохнуть. Погода, наконец, наладилась. Вот это лето на юге, вчера в куртке ходили, сегодня в футболке жарко, — собеседница мне уже нравится, не трудно разговор поддерживать, — Ты не привыкла, наверное, к такому?

— За несколько лет, вполне, привыкла. Хотя и люблю больше весну, — девушка приятная, заставлять себя общаться не приходится, разговор идет сам собою. За пару десятков минут узнаю о ней много информации, откуда сюда они переехали, когда познакомились с мужем, как и где прошла свадьба, даже ее любимые рестораны в городе я теперь знаю. Она обо мне только место работы и наш с Егором, тот, что сын, возраст.

— Егор часто приезжает сына навещать? — выдает Агата, вот мы и подошли к самому интересному.

— Он со своим сыном живет, можно сказать.

— Так он тебе привез что — ли мальчишку повидаться? Я думала сын с тобой живет, — Агата выглядит крайне растерянной.

— Ну так мой со мной, его с ним, — тема меня не задевает, скорее веселит.

— А вы разве нет? Он не папа Егора? — осознание потихоньку приходит к собеседнице.

— Нет, папа другой у нас, — судя по всему, такого моя собеседница не ожидала. Я же не знаю, как продолжить, да и зачем тоже не знаю. Агата поднимается, как только видит, что к нам направляется Егор. Говорит, что проверит детей и уходит.

— Все нормально? — видимо, на моем лице отражено легкое недоумение.

— Конечно, — Егор ждет пояснений, я же не знаю, нужны ли они.

— Но всё же?

— Егора приняли за твоего сына, — произношу быстро. Егора слова удивляют, взгляд меняется, однако берет себя в руки быстро.

— Хм, — собирается с мыслями, — Я был бы не против. Точнее я только за.

— Это одно из неизменных явлений, — собираюсь встать, Егор обхватывает запястье.

— Мы там общались, — делает неопределенный жест рукой, — Мужики говорят, ресторан на берегу есть неплохой, рядом бухта. Не против перекусить? Все равно солнцепек. По их, не слишком экспертному мнению, — усмехается, — Морепродукты готовят там вкусно. Ты должна оцепить.

— Ну когда я была против еды, — усаживаюсь снова рядом.

— Ведьма ты однозначно, — Егор поднимает голову к солнцу, откинувшись на руки, — Кайф, да, Ий? Не то, что раньше, — в голосе слышатся грустные нотки. Сердце на секунду останавливается. Пожалуйста, родной, прекращай. Сил больше нет возвращаться в прошлое, пора отпускать.

— Егор, что было, то было. Жизнь ведь продолжается. И вполне не плохо, судя по всему, — окидываю глазами арендованную яхту, — Сомневаюсь, что ты у папы стал деньги брать.

— Уже нет нужды, — приподнимает уголки губ, но это не улыбка, — Знаешь, сейчас понимаю, что Земля бы не остановилась, если б тогда у него попросил. Зачем они нужны, если их на детей не тратить своих. Не так давно понял, когда уже сын подрос. А тогда хотелось самому. Отцу доказать, матери, главное тебе.

— Мечты сбываются, я очень за тебя рада и горжусь. Всегда в тебя верила и ты не подвел, — касаюсь пальцами рядом лежащей руки Егора, — Ты тоже можешь собой гордиться.

Егор морщится, когда начинает говорить, голос звучит сипло.

— Чем, Ий? Доказал, что самостоятельный и тебя потерял? Небеса не разверзлись, когда после свадьбы отец купил нам квартиру, потом машины, сначала мне, потом Оксане, путешествия. Да всё, блд, только живите. А с тобой у нас что было? Прогулки под луной, поездки на трамвае? Что еще ты можешь вспомнить о наших отношениях? — он ведь не кричит, от его тихого голоса пробирает.

— Меня все устраивало. Мы ведь не из — за отсутствия денег разошлись. Ты не хуже меня это знаешь. И ночью мы все обсудили. Мне все нравилось. Абсолютно всё, — говорить становится трудно. Сглатываю, — Всё, что до рождения Егора было в жизни хорошего, все яркие моменты связаны с тобой, большинство. Ты и родители, роднее у меня никого не было. И дороже тоже. Не мешай сейчас все, ты же знаешь, не в деньгах было счастье. В эмоциях, в ярких моментах. Тогда за счастье было под дождем просто пройтись, — складываю руки на своих коленях, рассматриваю их. Егор молчит, только плечи высоко поднимаются.