— Срочно!

— Да иду я, иду!

На столе у Беньямина лежала та самая подрывная машинка с антенной, которую Март накануне машинально сунул в карман, а потом «забыл» отдать «старшим товарищам».

— Не подумай, никто ничего не обыскивал, просто горничная пришла убираться в номере, а тут на столе такая цацка нарядная. Время военное. Я давно отдал распоряжение при всяких непонятных вещах сразу докладывать мне.

— Вы бы лучше нормальным образом охрану аэродрома обеспечили…

— Уже, — никак не отреагировал на легкое хамство юного героя управляющий. — Уже все сделано. Но тебе от всех нас отдельная и очень серьезная благодарность.

— Как говорила моя любимая бабушка, лучше маленькие три рубля, чем большое спасибо.

— Дай угадаю, — столь же обаятельно, как нильский крокодил, улыбнулся Бен, — твоя бабушка давно скончалась?

Март лишь пожал плечами, мол, все там будем.

— Ладно, к вопросу о размерах нашей благодарности вернемся позже. А теперь, давай-ка я тебе расскажу кое-что очень важное и точно — нужное.

— Весь во внимании.

— Позавчера, когда случился бой, наши корабли подоспели очень вовремя и не дали состояться новой атаке на главные силы флота. Но главное не в этом.

— А в чем?

— Видишь ли, у врага появилось новое оружие. Очень мощное. Какие-то хитрые бомбы, которые летят далеко и точно. Пока шла рубка, «Буран» сумел подбить маршевый двигатель одному из кораблей-носителей новых бомб. В круговерти боя удалось отогнать этот бомбовоз подальше от основных сил японцев. Противник тоже понес потери и решил отступать. Наше начальство также предпочло отсидеться и не преследовать. Дескать, отогнали, и слава Богу. Тем более, что пришел приказ возвращаться на базу. А вот Зимин вцепился в этого бомбера мертвой хваткой и сделал вид, что связь на прием не работает. Погнался за японцем и таки добил. И будь я проклят, если не разжился при этом чем-то очень ценным. Но тут на подмогу неприятелю прилетели сразу три корвета. А у Зимина, пока драка шла, один из маршевых тоже побило, ну и там еще по мелочи. Одним словом, он нам послал радиограмму секретным кодом, ключ от которого знаем только мы. После чего увел «Буран» в одно из ущелий, где и затаился. Так что к вечеру закончим ремонт, и этой ночью группа наших пойдет на выручку.

— Выходит, штаб ничего не знает?

— Им и не надо. Есть у нас подозрения… Да и адмирал злой на Зимина за неподчинение приказу, грозит его под суд отдать…

— Понятно. У меня одна просьба.

— Говори, что смогу — сделаю.

— Я должен лететь туда. — Март внутренне облегченно выдохнул, осознав, что не опоздал, что успел вовремя. Что не зря так спешил, рискуя и прорываясь через японский фронт. Вот уже двое суток перед ним маячила такая близкая и такая недосягаемая цель. А главное, дамокловым мечом висела угроза того, что найденная ниточка оборвется, что Зимин уже погиб.

— Зачем? Дождешься здесь. В безопасности. Завтра утром они вернутся, и все будет ровно. — Внимательно глядя на него зачем-то принялся уговаривать его Беньямин.

— Нет, мне обязательно надо там быть. — Он отлично понимал, насколько опасным может оказаться этот рейд. Но также знал, что Зимин его единственная надежда разобраться во всей этой запутанной истории и вернуть свое имя. Оказаться так близко к цели и ничего не предпринять, а потом быть может навсегда лишиться последнего шанса и всю оставшуюся жизнь укорять себя за это? Нет, такого он точно не собирался допустить.

— Уверен?

Вахрамееву хватило одного взгляда, чтобы снять все вопросы.

— Ну, не зыркай так. Надо же было проверить. Спросить трижды. Ты думаешь, я тебе это зачем все рассказал? Парень ты головастый, руки тоже, откуда надо растут, но самое главное — фартовый! А в таком деле без фарта никуда. Так что будь готов к отбытию. Мы, конечно, так не договаривались, — хитро улыбнулся управляющий. — Но ты, вроде, только что сам попросился?

Весь день Март провел, молча занимаясь ремонтом. Работал он истово и с полной самоотдачей. В обед к нему подошел старпом «Ангары», так назывался корвет, который они дружно чинили.

— Ну, что, юнга, пошли, запишем тебя в судовой журнал, как полагается. Будешь младшим техником-стажером.

— Есть, — браво вытянулся перед начальством Вахрамеев.

— Не тянись, у нас нравы попроще флотских. Но так-то молодец, одобряю!

Новости на базе приватиров разносились быстро, и когда уставший, как собака, Март вернулся к себе, его встретил вопросительный взгляд Кима.

— Улетаешь?! — насупившись, спросил тот.

— Надо, Вить.

— А как же я?

— Понимаешь, дружище, меня приняли в экипаж. Можешь поздравить, я теперь юнга рейдер-корвета «Ангара». Я когда про тебя у старпома спросил, Игорь Алексеевич и слушать не стал. Такие дела.

— Я в курсе, — обиженно вздохнул тот. — Это Беньямин приказал меня в экипаж не брать, а оставить здесь.

— Но почему?

— Видишь ли, как оказалось, у меня талант ко всяким стреляющим штукам. К тому же я мелкий и гибкий и потому могу забраться в любую щель, чтобы исправить повреждение в механизме пушки без демонтажа.

Последние слова Витька произнес почти с гордостью, и явно кого-то копируя.

— Так это же здорово! — искренне обрадовался за друга Март. — Ты всегда хотел найти свое место в жизни. И вот, считай, что нашел!