Впрочем, как оказалось, вызвали юнгу вовсе не из-за приборов. Стоило Марту появиться в рубке и сделать доклад: мол, такой-то и такой-то явился по вашему приказанию, как из-за спины криво усмехающегося боцмана двое приватиров выволокли взъерошенного Витьку.

— Тебе знаком этот персонаж? — с индифферентным видом поинтересовался капитан «Ангары» Василий Петрович Муранов. Лет сорока, невысокий, немного отяжелевший. Короткий ежик черных волос, модные усы щеточкой делали его немного похожим разом и на Чаплина, и на Гитлера, и на Блюхера с Ягодой… По крайней мере, такие ассоциации всплыли в памяти Марта в тот момент.

За широкими бронестеклами ходовой рубки царила ночная облачная мгла, почти не нарушаемая едва обозначенным серпом молодой Луны. Здесь же, на мостике, скудно освещенном слабенькими дежурными лампами, только приборы мягко сияли особой ночной подсветкой, придавая лицу пойманного безбилетника лукавое выражение.

— Так точно, — вынужден был признаться Март, у которого, наряду с толикой досады за излишнюю самодеятельность друга, в душе все же потеплело.

— Это ты его провел на борт?

— Никак нет! — совершенно искренне и четко дал он ответ. Правду говорить легко и приятно…

— Очень интересно! — с явным скепсисом в голосе отозвался Муранов.

— Я, действительно, сам пробрался, — попробовал было влезть в разговор Ким, но, получив от боцмана подзатыльник, поспешил заткнуться.

— Тихо! — внушительно велел тот и для верности сунул мальчишке под нос почти пудовый кулак, с вытатуированными на волосатых пальцах буквами — Вова.

— И что мне прикажете с вами делать?

— Понять и простить! — не задумываясь, ответил ему Март, вызвав дружный смех всех присутствующих, включая сурового боцмана и обоих конвоиров.

— Интересное предложение, — ухмыльнулся Василий Петрович. — Но ты понимаешь, что если твой дружок что-нибудь напортачит, отвечать тебе?

— Так точно, его косяк — мой косяк! — с готовностью согласился Вахрамеев.

— Как ты сказал, «косяк»? Что ж, довольно точное определение…

— Господин капитан, — обратился к нему Март, легонько скользнув в «сферу» и ненавязчиво оказав умиротворяющее воздействие, — мы с Виктором с одного приюта. Всю жизнь вместе. Не наказывайте его строго. К тому же, он неплохо разбирается в оружии. Если что случится, поможет с ремонтом и вообще…

— Ладно, — подобрел Муранов, — возвращайся на место. И «зайца» своего прихвати.

— Не фига себе ты учудил! — покачал головой Вахрамеев, как только они покинули рубку. — Честно говоря, не ожидал от тебя таких талантов.

В центральном электрощитовом отсеке на освещении не экономили. После полутьмы рубки и переходов Марту даже пришлось прищуриться, глядя на взъерошенного после не самой дружелюбной встречи с приватирами Кима.

— Я всегда знал, что ты меня недооцениваешь, — беспечно пожал плечами Витька и, видя, что друг не сердится, поспешил перейти в наступление. — Зато теперь уж точно все в порядке будет. И вообще, думал, ты самый хитрый? Раз, и улетел без меня, катану свою забыл… А еще мне Иваныч лимонок [61] в долг поверил.

— И где это все? — не скрывая скепсиса, осведомился Март.

— Отобрали, как только обнаружили, — насупился Витька. — Но меч обещали отдать.

— Вот только его мне и не хватало, — пробурчал в ответ Вахрамеев, у которого появилось нехорошее предчувствие. Он, действительно, совсем забыл про острую, как бритва, катану. И к лучшему. Да и зачем на борту воздушного корабля такая железяка? А теперь, после «подарка» судьбы, меч наверняка придется задействовать. «А это значит… ни хрена хорошего это не означает…, — мысленно выругался он. — Однако, судьбу не обманешь, как не крути».

— Я еще хотел СКС прихватить, но не вышло, — продолжал свой рассказ неугомонный Ким.

— Что прихватить? — удивился Март.

— Самозарядный Карабин Симонова. Или СКС-40 [62] . Типа того, что у деда Игната, но другой конструкции, намного лучше. Их только в прошлом году приняли на вооружение. Думал, тебе как раз подойдет…

— Но за карабином, — подытожил Вахрамеев, — следили гораздо тщательнее, чем за гранатами. Так?

— Ну, в общем, да, — вынужден был признаться предприимчивый сын русского и корейского народов.

— Купил, нашел — едва ушел! Хотел взять, да не смогли отдать…

— Ну чего ты, — шмыгнул носом приятель. — С твоим маузером или браунингом разве много навоюешь?

— Я тут младший техник, — назидательно заметил Вахрамеев. — Мне в атаку ходить не положено.

— Мы на «Аргуни» вообще пассажирами были, а видишь, оно как обернулось!

— Ладно, горе ты мое луковое. Проходи и знакомься: мой напарник Круглов.

— Миша, — протянул руку Витьке тот.

— Очень приятно, — попытался проявить вежливость Ким.