— Есть, — согласно кивнул я и вытянул из рюкзака пачку кабельных стяжек.

Мужчина одобрительно покачал головой и разложил на столике вторую доску.

Знал бы мой соперник, что нарды, это самая авиационная игра, ни в жизнь бы не полез со мною зарубаться.

В армии на точке порой от скуки спасали лишь две вещи. Дрочка и игры. Так-как порой дрочить было некогда и негде, приходилось играть, ну а нарды можно слепить из чего угодно.

В Карабахе, помню, мы поле размалевали карандашами на обороте двух склеяных листов бумаги, а вместо шашек использовали крашенные камни. Кубики же вырезали из дерева. И не путались же с расчерчиванием граней.

Все потому, что сумма противоположных значений на кубе всегда должна быть равна семи. То есть напротив шестерки будет единица, напротив двойки пятерка, а напротив тройки четверка. Сами мастерили все и играли.

Начали партию спокойно. Я позволил противнику переместить фигуры на вторую половину его стороны, а после резко начал поддушивать.

В нардах нельзя перекрывать половину полностью, или чтобы было закрыто шесть столбов подряд. Вот я и закрыл пять, раскидав по двойке на каждый столбик, чтобы нельзя было шашку сбить.

Пока раскидывали, вел непринужденную беседу о делах рынка и том, как здесь все устроили. Самое интересное начал нащупывать, когда мой оппонент понял в какую ловушку угодил.

— А что за ребята тут бегают? Не то ОМОН, не то СОБР, с повязками и без шевронов? — поинтересовался я, плавно смещая с дальнего конца башни, начав закидывать шашки по одной на вывод.

— Да так, бандитов ловят, — отмахнулся собеседник, увлеченный сложной партией. — Только они без разбору ловят. Если подозрение упало, то особо не разбираются. Хоть одно доказательство находят и сразу того, карают. Прям не ополчение, а карательные отряды полицаевских чисток.

— Занятно, — я хмыкнул и расслабленно откинулся на спинку стула.

Если моему сопернику не выпадет несколько дублей шестерок, то партия останется за мною.

— Они себя так и называют, Каратели. А как мародерство в городе начало цвести, так они и взялись за дело. Мужики лютые, — он почесал затылок, рассматривая поле. — Говорят у них главным этот, как его, майор с позывным Старый, местный герой, что командовал первым взводом обороны на Павловке. Бойцы конечно серьезные в отряде, но этот Старый, говорят, вообще зверь, никого не щадит… Только фиг их разберешь, командиры Карателей в балаклавах ходят.

От услышанного я аж поперхнулся. Не ожидал я такой славы. Надо бы разобраться, кто там, моей личностью прикрывается, а то чего недоброго, придут ко мне недовольные разбираться, а я и не в курсах…

Неожиданно и приятно стать командиром отряда Карателей, вот только я как-то не планировал настолько серьезно влезать в местные разборки. Одно дело помочь военным и поиметь с этого бонусы для себя и совсем другое, возглавлять чистки улиц от различной швали. Не ровен час, придет толпа недовольных к моему домику, да поднимут меня на вилы. Надо бы разобраться, что там к чему.

Нет, конечно, народная молва любит приписывать все популярное и загадочное ко всему популярному и загадочному, выстраивая теории заговоров. Вот только почему тогда истинный командир этих фанатиков, не опровергает их. Вышел бы, заявил мол, никакой я не Старый, а какой Волк, или Немец. Не знаю, какие позывные популярны у подобных личностей. Но нет же, сидит, тихорится и все его устраивает. Не порядок.

Побродив по рынку, я пообщался с разными торговцами и пришел к выводу, что некий псевдо-Старый, действительно существует. Более того, его реально видели несколько раз здесь, как он заходил к Престнякову. Чтож, значит надо будет с этим разобраться попозже, после того как выполню задачу поставленную капитаном.

Так как время неумолимо клонилось к вечеру, я решил двинуть в обратный путь. Надо основательно подготовиться к вылазке. Образ бомжары там не прокатит, так что ехать надобно по-боевому. А я свой камуфляж не надевал уже лет десять, авось его и вовсе моль пожрала. Хотя учитывая, что это дерьмо плохо горит и практически не намокает, бедное насекомое бы отравилось от количества применяемой при пошиве химии.

Покинуть территорию вокзала удалось без проблем, даже не смотря на то, что дежуривший пулеметчик сменился. Слыша заветное «Сергей Ефимович», ребята спокойно пропускали. То ли постарался Сапог с его кодлой, то ли Престняков подсуетился и внес меня в белый лист.

Правда, все же спокойно добраться до дома мне было не суждено. Проходя мимо злосчастного двора, где толпа подростков издевалась над женщиной, я услышал душераздирающие крики.

Прямо на перекладине футбольных форот, что стояли на поле у детской площадки, висел парнишка лет пятнадцати. Что характерно, висел вниз головой, подвязаный за босые стопы. Ему на грудь двое мужчин в ОМОНовской форме прибивали дощечку. Причем прибивали гвоздями, не иначе как сотками, наживую. Действия Карателей во всей красе, чтоб их.