– Эти, эти и эти, - маг указал на несколько групп артефактов, - довольно хитро устроены. Могу с уверенностью сказать, что это устройства для убийства. Отравляющие, взрывающие, а вот эти и вовсе убьют свою жертву так, что все будет выглядеть как внезапный сердечный приступ, - припечатал маг.

Вот он, ответ. Виктория не желала никому смерти. Она надеялась, что он, Повелитель Тьмы, сможет предотвратить убийства, которые замыслили ее подельники. Сама девочка не в состоянии им противостоять. Вновь в памяти всплыли обрывки воспоминаний о побоях, которые наносил сопровождающий Викторию сопляк. Его затопила такая ярость, что магия заплясала на ладонях. Девочка хотела остаться, а он унес ее.

С рынка Блэйден вернулся в очень дурном настроении. Стоило остаться наедине с собой, как душу затопила ревность. Он помнил обрывки разговора Вики с ее подельником, смог уловить суть их общения. Кто он ей? Жених? Друг? Как давно они знакомы? Она спит с ним?

От последней мысли у него дернулась щека.

– Повелитель, позвольте осмотреть вас, - в покои вошел лекарь. Блэй молча кивнул.
– Вижу следы оглушающего заклятия, притом довольно сильного, - удивленно вскинул брови тот.
– Кто же смог пробить вашу защиту, Повелитель?
– не удержался лекарь. Блэй лишь усмехнулся. Никто не смог, его защитные поля не пострадали. Друг Виктории атаковал так, что даже не задел магию Блэйдена. Оглушил и отпинал, как какого -то пьяницу возле замшелого трактира.
– Повелитель, у вас несколько ушибов, ничего серьезного. Переломов и разрывов тканей нет.

На губах Блэйдена появилась пугающая усмешка. Перед дружком его жены был абсолютно беспомощный противник, а он даже не смог нанести ни одного серьезного ранения? Это как-то несерьезно. Покопавшись в воспоминаниях, Блэй припомнил субтильный силуэт паренька. Что ж, придется преподать ему урок боевых искусств при следующей встрече. Нужно показать, куда и как нужно бить, чтобы причинить противнику боль, а еще укажет на кости, которые легче всего сломать. Исключительно в просветительских целях, конечно.

У него не получилось успокоиться ни через час, ни через два, ни через десять часов. Мысли то и дело возвращались к Вике. Она сейчас рядом с тем шакалом. Что они делают? О чем говорят? Она ведь намекала ему, что у нее есть мужчина. Стоило представить ее в чужих объятиях, как руки сами сжимались в кулаки, а рядом начинал плясать огонь Тьмы. Близилась ночь, а он сам не знал, чего хочет: увидеть Викторию, убедиться, что с ней все в порядке, или же выбросить эту девушку из головы. Он совершенно не в том настроении, чтобы выдержать ее присутствие и вести себя адекватно.

До поздней ночи Повелитель Тьмы корпел над артефактами. Он и его доверенные маги, лучшие из лучших, разобрали находки на составные части. Выяснить удалось только один факт - тот, кто создал эти артефакты, очень талантлив, почти гениален. И это очень плохо. Потому что почти все его творения - хитрое оружие, которое убивает людей очень изощренными способами. Неприметные столовые сервизы влияют на разум и склоняют свою жертву к суициду. Один месяц чаепитий из этих розовых чашек, и хозяйка повесится. Все серьги пропитаны особым магическим ядом, который впрыскивается под кожу крошечными дозами и убивает свою жертву очень, очень медленно. Смерть будет выглядеть как долгая мучительная болезнь, но обнаружить следы этого яда почти невозможно. Примечательно, что все артефакты предназначены для женщин. Такое впечатление, что они решили перетравить всех знатных дам столицы.

Он не спал уже больше суток, и это начало сказываться на работе. Все валилось из рук, а магия начала дрожать в его руках. Уронив очередное орудие хитроумного убийства, он понял - пора отправляться спать. По дороге в свои покои много думал.

Вика связана с убийцами - это плохо. Она пыталась предотвратить эти убийства, и у нее все получилось - это хорошо. Более того, она доверилась Блэйдену, попросила его помощи, пусть это и выглядело как прощание с жизнью. Пока он взвешивал в своей голове все, что знает о девушке, сам не заметил, как подошел к личным покоям.

– Доброй ночи, Повелитель, - от женского голоса, звучащего совсем рядом, Блэй замер. Изумленно поднял голову, ожидая увидеть Викторию, но обнаружил другую свою жену. Точнее, бывшую невесту, которая, так и не став женой, все-таки имеет статус супруги.

Как же все запутано в его семейной жизни!

– Оливия?
– удивился Блэйден, переведя взгляд на неожиданную гостью. Молодая девушка стоит перед ним, одетая в ночную сорочку, с изящным кружевным пеньюаром сверху.
– Что ты здесь делаешь?
– он рассеянно глянул поверх ее головы. Глубокая ночь, дворец спит. Неужели Оливия ждала его здесь полночи?

– Хотела узнать, как вы себя чувствуете, - улыбнулась девушка и подалась вперед. Такой неуклюжий, но понятный жест. Ему стало неловко.
– Целыми днями работаете, с рассвета и до поздней ночи. Нужно ведь и отдыхать, - девушка сделала шаг и попыталась нагло прижаться к Блэйдену грудью. От столь резкого движения он и сам подпрыгнул, попятился, попытался отстраниться, а сзади, как назло, оказалась софа. Блэй ударился о нее подколенной ямкой, зашипел от боли и очень не по -королевски завалился на лежбище.