Мэри Роуз, однако, не собиралась выпускать ее из кухни. Она Торопливо заперла дверь, волчком крутнулась на месте, сложила руки на груди и сказала:

– Ну а теперь выкладывай. Что произошло по дороге из города на ранчо? Только не говори мне, что все было в порядке.

– Действительно все было в порядке, честное слово, – запротестовала Элеонора. – Я вовсе не оставалась одна. Пожалуйста, не прогоняй меня отсюда. Я прошу тебя, не голосуй против меня.

– Ради всего святого, о чем ты?

И Элеонора призналась.

Мэри Роуз пришла в бешенство. По ее мнению, со стороны Харрисона и Кола было жестоко и бессердечно запугивать Элеонору. Она потратила добрых десять минут, чтобы успокоить подругу. Тем временем сама Мэри Роуз просто кипела от ярости. Элеонора же, вдохновленная ее сочувствием, пересказала всю историю еще раз, украшая свое повествование все новыми леденящими душу подробностями. К тому времени, когда она закончила, Мэри Роуз была просто вне себя.

В это время в столовой Дуглас продолжал говорить о Корри.

– Харрисон прав, – тихо произнес он. – Сумасшедшая Корри действительно могла причинить сестре вред. Тебе ни в коем случае нельзя было позволять Мэри Роуз подниматься на крыльцо, Трэвис.

– Никакой опасности не было. Корри хорошо относится к Мэри Роуз. Она ведь оставила тогда в пещере свое покрывало, помните?

– Откуда ты знаешь, что это было покрывало Корри? – спросил Дуглас.

– Ради Бога, Дуглас, если тебе хочется со мной поругаться, не изобретай всякие дурацкие аргументы. Начинай прямо так.

– Она сумасшедшая, – вмешался в разговор Кол.

– Откуда ты знаешь? – поинтересовался Трэвис.

– Нормальные люди не встречают гостей, наставляя на них из окна дробовик. Дуглас прав.

– А я был неправ, – заявил вдруг Харрисон. Все присутствующие повернулись к нему.

– Нет, я по-прежнему считаю, что Трэвис не должен был потакать Мэри Роуз. Но так взрываться, как я сделал это за ужином, не стоило.

– Тогда чего же ты шумел?

Харрисон пожал плечами.

– В последнее время я немного взвинченный.

– Любопытно, – протянул, откинувшись на спинку стула, Адам.

– Что любопытно? – спросил Кол.

– Вы, парни, когда хотите, умеете двигаться бесшумно, однако Харрисон слышал, как вы рылись в его вещах. Он только притворялся спящим.

– Ну и что? – недоуменно спросил Кол.

– Я не понимаю, каким образом Корри пробралась в пещеру, накинула покрывало на Мэри Роуз и ушла, не разбудив при этом Харрисона? Да, сэр, – улыбнулся Адам, – это весьма странно.

Кол повернулся к Макдональду:

– Ты ведь видел ее, верно?

– Почему ты нам об этом не сказал? – спросил Трэвис.

– Я не хотел, чтобы об этом знала Мэри Роуз. Она спала. В ту ночь Корри стояла над вашей сестрой и с огромной нежностью смотрела на нее. Я не могу сказать, в каком состоянии ее рассудок – может быть, на него влияет погода? Поскольку я видел ее всего какие-нибудь две минуты, я все же пока не стал бы рисковать жизнью Мэри Роуз, оставляя ее наедине с Корри.

– Как она выглядит? – спросил Дуглас.

– Так, будто кто-то снес ей верх черепа топором.

– Бедолага, – прошептал, вздрогнув, Трэвис.

– А почему она не разговаривает? – поинтересовался Кол.

– Я не уверен, что она может говорить.

– Ты хочешь сказать, что у нее и горло… – начал было Трэвис, но так и не закончил фразу, потрясенный услышанным.

Единственным, на кого слова Харрисона, казалось, не произвели никакого впечатления, был Кол.

– Почему ты не сказал Мэри Роуз, что видел Корри?

– Я почувствовал, что мне не следует вмешиваться в их отношения. Ведь это Мэри Роуз нашла Корри. Она и должна была первой се увидеть.

– Ты думаешь, Корри когда-нибудь позволит ей на себя взглянуть?

– Все может быть, – заключил Макдональд.

– Мэри Роуз скорее всего закричит или упадет в обморок, – предположил Трэвис. – Я бы так и поступил, черт возьми.

Харрисон покачал головой.

– Твоя сестра не обратит на это внимания, – произнес он.

– Ты хорошо знаешь ее, Харрисон, – кивнул Адам.

– Гроза собирается, – заметил Дуглас.

– Ты что, слышал гром? – спросил Кол.

– Черт побери, Мак-Хью ненавидит грозу, – бросил Харрисон. Братья засмеялись.