Мы уже спали вместе, но тогда все было иначе, он не спас еще меня от казни и не женился на Ангеловой. Сегодня все по-другому. Не я, а он в моей постели. Не я, а он ищет поддержки и, конечно же, находит. Его рука обвилась вокруг талии, как и в прошлый раз, а нос зарылся в моих волосах. Евгений втянул воздух и крепче прижал к себе.

— Спи, — устало пробормотал хозяин, и через несколько минут до уха донеслось размеренное дыхание.

А потом он пришёл снова, когда мы вернулись в Екатеринбург. Не сразу, через четыре дня по приезду. Потом опять, уже через два. Спустя неделю хозяин приходил через день, а ещё через месяц начал оставаться каждую ночь.

Я никак не могла понять, почему всем женщинам он предпочёл меня. Та же Анастасия Викторовна согласилась бы стать его любовницей — не по любви, так из-за денег. Или же какая-нибудь другая. Я же, тридцатилетняя простая женщина, не обладала ни талантом нравиться, ни умением обольщать. Я отличалась от всех этих барышень, но, скорее всего, именно поэтому он и приходил. Здесь он мог отгородиться от блеска столичного общества и быть самим собой — раздражённым и разбитым.

Через два месяца каждая служанка была в курсе, где проводит ночи хозяин. Ещё спустя неделю об этом говорил весь город, а через две — вся столица. Наши отношения оставались платоническими, мы не стали любовниками, но вышли за формулу «хозяин/телохранитель». Елизавета столкнулась лицом к лицу с жалостью высшего общества, Евгений — с порицанием, я — с ненавистью. На меня ополчились все женщины мира, кроме одной. В мае я получила послание от Дариа, собранное из капель воды на стекле в ванной: «Поздравляю». Я поняла две вещи. Первое — она очень сильный маг, раз смогла отправить сообщение подобным образом, находясь в заточении в Петергофе. Второе — она интересуется судьбой наследника. Я не решалась раскрыть тайну Демонова Евгению, потому что не знала, пригодится ли хозяину эта информация.

О беременности Елизаветы стало известно в начале апреля. Супружеское ложе более оставалось нетронутым. Она с непоколебимой силой духа несла на плечах бремя замужества, надеясь так же, как и он, на развод. Ни взглядом, ни словом она не упрекнула Евгения. Она продолжала поддерживать со мной дружеские отношения, блестяще освоила арбалет. Из-за беременности Елизавета перестала посещать гимназию, так как в конце учебного года предстояло пройти слияние с демоном. Она посвятила себя благотворительной деятельности и часто посещала в этих целях Петербург. Хозяин горячо поддерживал ее поездки и не имел ничего против, если супруга задерживалась там на недели.

Правда, из-за членства в Тайном Совете Евгений покидал Екатеринбург пару раз в месяц и редко оставался в столице больше, чем на два дня. Сегодня как раз был один из тех случай, когда хозяин с Елизаветой планировали вернуться в Екатеринбург, едва закончится заседание.

Я следила из окна, как падали листья. Октябрь брал свое. Елизавета читала книгу. У нее был огромный живот и многие пророчили ей двойню, желательно мальчиков. Она отказалась от услуг звездочетов, поэтому пол и количество детей до сих пор оставались загадкой. Откусив кусок яблока, Елизавета закрыла книгу. Озара помогла подняться. Я мало общалась с новым телохранителем, старалась избегать встреч и ограничивалась при ней односложными фразами.

— Опять толкаются, — с улыбкой сказала Елизавета и погладила живот.

Я не ответила, погруженная в свои мысли. Сегодня утром Дариа передала второе послание, и это сильно беспокоило. Чего хочет эта женщина? Что значат ее слова? Неужели все-таки придется рассказать Евгению? Я прикусила до крови губу от внезапного оха Елизаветы. Она схватилась за живот, гримаса боли исказила побелевшее лицо.

— Началось! Быстро позови целителя! — приказала я Озаре.

Я подхватила Елизавету, перекинула через плечо ее руку и повела к постели.

— Мне страшно, — прошептала чародейка, — Хитоми… мне страшно…

— Все будет хорошо, потерпите. Все обязательно будет хорошо.

Она легла с моей помощью, и я подтянула подушки. В комнату вбежали целитель и акушерка, за ними служанки. Меня выставили за дверь.

— Сейчас же доложи наследнику! — велела я Илье.

Если Елизавета родит двух сыновей или хотя бы одного, то приблизится к мечте о разводе.

— Если она, — заговорил Евгений, — будет каждый раз рожать в таком количестве, не хватит никакого состояния прокормить столько ртов.

За спиной распахнулась дверь и быстрой походкой, минуя всех, прошёл Демонов. Он буквально светился.

Подойдя к изголовью, он наклонился и запечатлел на лбу новоявленной матери поцелуй, после чего ему вручили первенца. В его руках синий свёрток казался ещё меньше.

Из-за балдахина я не видела лица Елизаветы, но могла представить тёплую улыбку.

— Ты утроила наше счастье, — начал Демонов и улыбнулся. — Ты подарила нашему роду двух крепких наследников и прекрасную девочку. — Архонт перевёл взгляд с ребёнка на Евгения. — Ты выбрал имена?

Евгений пожал плечами.

— Решил оставить право нарекания младенцев за тобой.

Не замечая явного желания сына повздорить, Демонов перевёл взгляд на невестку.

— Как бы ты хотела их назвать?

— Я полностью доверяю вам, Владислав Алексеевич.

Правитель посмотрел на спящего мальчика и провёл рукой по его черноволосой голове.

— Каков герой! Ты будешь славным защитником своей семьи и государства. Я нарекаю тебя Мстиславом. — Он обернулся к Евгению: — Возьми своего первенца.