Но теряться в догадках оставалась не долго. Сам старший конвоир через несколько минут поравнялся с ними. В глазах его Тунда, помимо уже привычного презрения и высокомерия, прочитал любопытство. Эльф жестом отправил одного из конвоиров вперед, а сам встал на его место рядом с Тундой. Они некоторое время шли молча, и гном с недоверием поглядывал на него, пока эльф не заговорил.

— Зачем вы пришли в Фларлан, гномы?

Тунда, понимая, что эльф задал вопрос именно ему, повернулся к стражнику.

— Когда-то я думал, что Фларлан — лес гостеприимный для тех, кто считается врагом Императора, — ответил гном. — Но, видимо, я перепутал Фларлан и Местальэ.

Тунда заметил, что его слова задели за живое гордого лесного жителя. Эльф еще выше обычного вскинул подбородок и вдохнул свежий воздух.

— Ты прав, гном, Фларлан не знает слова «чужак» и готов принять всех, кто ищет приюта, кто гоним и обижен Империей… — он сделал паузу. — Но Фларлан отвергает тех, кто пожаловал в наш лес с обманом и подлостью. Чья душа нечиста.

— Ты на что намекаешь? — несмотря на то, что руки у Тунды были связаны, гном оскалился.

Эльф не отреагировал на выпад.

— Фларлан отверг вас, гном. Поэтому я и хочу узнать у тебя: почему это случилось?

Тунда искренне пожал плечами. Откуда он мог знать, почему Фларлан отверг его отряд, да и вообще, в чем выражалась это самое отвержение?

— Зачем вы пришли сюда? — настойчивее повторил эльф.

— Послушай, милый, — Тунда выдавил из себя улыбку. — Я тебе, кажется, все объяснил в таверне! И зачем мы сюда пришли, и что мы тут делали. Ты мне лучше объясни, куда делись те ребята, которые решили, что они могут запросто распускать руки?

— Мы отпустили их, после того, как наши лекари оказали пострадавшим помощь, — ответил эльф.

— Че-го? Это как отпустили? Ты, голубчик, спятил?

— Не говори, что не слышал уже раз услышанное, — эльф с укоризной посмотрел на гнома. — Их руками сам лес попытался выкорчевывать вас, как сорняк.

Гном так и шел дальше с отвисшей челюстью. За всю свою жизнь Тунда слышал немало бреда, но чтобы такое…

Видя замешательство гнома, эльф поспешил объяснить свои слова.

— Эманации Силы, гном, эманации Силы — не более того. У вас слишком… Гм, — он запнулся, подбирая слово. — У вас слишком выраженная аура неприятия, любезный, и неудивительно, что почтенные люди господина Гекта затеяли с вами перепалку. По сути, вы сами спровоцировали их, будучи носителями такой энергетики.

— Че… Да что за бред, какая к богам Подземным аура? — Тунда замотал головой.

— Вы нарушили спокойствие Фларлана, — продолжил эльф. — И лес возмутился.

И тут Тунду пронзила догадка. Фларлан ответил на колебания Рубиновой скалы?

Так ли естественны те перемещения святыни темных в пространстве?

Словно читая мысли гнома, эльф озвучил догадку Тунды.

— Что вы делали у Хребта мертвых, гном?

Хребет мертвых, так называется у эльфов Рубиновая скала. Но откуда ушастый узнал, что они побывали у хребта? Неужели и, правда, их лес почувствовал чужаков, а их проникновение внутрь скалы нарушило его спокойствие, как выразился эльф?

Глаза эльфа злобно блеснули.

— Мне повторить, или ты ответишь с первого раза?

Тунда почувствовал, как кристаллический шар, по-прежнему надежно спрятанный в мешочке на поясе, обжег его бедро. Сзади застонал Эгорд, а у самого Тунды закололо в висках. Интересно, чувствует ли это эльф?

Похоже, чувствует. И если не он, то его странная магия негатора.

Эльф достал из-под полы туники необтесанный камешек. Камешек светился ярким светом, но его свечение постепенно угасало. Тунда без труда узнал в этом камушке ещё один негатор, только магии. Эльф с удивлением потряс камень и, цокнув, спрятал его обратно под тунику, что-то скомандовав стражникам. Те закивали в ответ. Отдав распоряжения, он вернул взгляд на гнома.

— Что вы делали у Хребта?

— Пересекали его! — вспылил Тунда, не найдя ничего лучше, как перейти в наступление.

Эльф кивнул, словно удовлетворился ответом.

— А не замечали ли вы ничего, когда пересекали Хребет Мертвых, гном?

Тунде показалось, что в словах эльфа проскользнула нотка обеспокоенности и даже тревоги.

— Почем мне знать, я в этих местах не жил никогда. Камни камнями, черные, а так ничего особого в твоем Хребте нет.

— Волнений? — эльф пропустил слова Тунды мимо ушей.

— Тебе ли не знать, уша… хм, эльф, что у нас, гномов, с магией все просто. Не магики мы и дел таких не знаем.

Шар в мешочке нагрелся сильнее, и Тунда даже начал прихрамывать на одну ногу — чересчур сильно обжигал кристалл тело, хотя материя мешочка, в котором он лежал крепко привязанный к поясу, оставалась целой и невредимой.

Эльф, казалось, ничего не замечал. Он больше не задал ни одного вопроса, хотя некоторое время шел рядом с гномами, но потом резко прибавив шагу, напоследок бросил: