– Oh la la! – воскликнул господин Бенар, когда панели «такси» открылись. – Мы все видели, у двоих были ранцы, еще двое приехали на авто. К счастью, прибор ночного видения у нас есть, а вот у них – нет. Все сели в машину и убрались на север.

– А мы куда? – поинтересовалась фройляйн Фогель. – Садиться во дворе американского посольства, по-моему, перебор.

Главный Янки пожал плечами.

– Сначала – вверх.

Профессор поспешил закрыть панели и, облегченно вздохнув, поднял машину в воздух. Антек поглядел вниз, где тонула во мгле неровная степь. Загадочного «ночного видения» у гостей нет, а вот рация наверняка имеется.

Поднимались недолго. Уже через пару минут господин Бенар завозился у пульта, кинул взгляд на экран, а затем посмотрел вверх, сквозь прозрачный колпак кабины.

– La la! La!.. Oh mon dieu! [58]

Вначале Антек ничего не заметил, но потом сквозь тьму проступило нечто еще более темное. Неяркий свет вечерних звезд исчез, скрывшись за густой тенью, заслонившей полнеба. Война? Кажется, она и есть.

– «Поларис», – негромко проговорила Фогель. – Транспорт-3. Значит, он все-таки летает.

Железное корыто размером с половину штата Род-Айленд висело прямо над нашими головами. У Соединенных Штатов Америки нет внешней разведки, мы слепые и глухие. Умники из разведывательного отдела Главного штаба уверены, что «Поларис» – ржавая руина, способная только на небольшие подскоки. И двигатели работают плохо, и с управлением англичане никак не могут разобраться. А кто-то еще надеется, что мы отсидимся за океаном. Повесить бы эту махину над Конгрессом, может, начали бы мозгами шевелить!

Из черной железной тучи ударила белая молния. «Такси» вздрогнуло, клюнуло носом.

– Вниз! – выдохнул я. – Долетались.

Когда аппарат повис над самой травой, я ткнул пальцем в прозрачную панель.

– Когда откроется, оружие за борт. Патроны тоже.

Колобок что-то пискнул, но я не стал его слушать. Расстегнул кобуру, вытащил испанца «Руби», мысленно с ним попрощавшись. Жаль, даже пострелять не довелось! Фогель и поляк передали мне свои пистолеты. Когда дело было сделано, я поглядел вверх. «Поларис» тоже снизился, нависая над нами тяжелой горой. Не улететь, не убежать.

Я окинул взглядом свою маленькую армию. Генерал Джексон не дожил до Аппотомакса. [59] Счастливый человек!

– Пойду один. Что бы ни случилось, сопротивления не оказывайте. Орите погромче и тычьте им в нос паспорта.

Антек, странный парень, улыбнулся, и мне стало не по себе. Ему я помочь не смогу, то, что парень в бегах, у него на лбу написано.

– Мистер Земоловский! Если сможете убежать, бегите.

Поляк почему-то поглядел на Анну и молча покачал головой.

Все! Генерал Грант уже приехал в здание суда. Разбиты мои ноги, так хочется в Техас, но Дяде Джо нужны мы, он ожидает нас.

Я перебрался через борт и спрыгнул вниз.

Ночь уже наступила, и я застегнул пиджак на все пуговицы. Поправил шляпу и шагнул вперед, решив на всякий случай отойти подальше. Если я под прицелом, остальным пропадать ни к чему. Но молния не ударила, вместо нее прямо под брюхом «Полариса» загорелся маленький огонек, словно из железных недр выпустили светлячка. С минуту повисев неподвижно, он дрогнул и принялся расти. Сначала стал фонариком, потом светящимся изнутри блюдцем. Спускался беззвучно, только ветер поднялся, зашелестев в траве. Я прикинул, сколько человек внутри «блюдца». Едва ли больше трех, совсем маленькое, в половину нашего «такси».

Когда аппарат завис почти над самой травой, часть прозрачного борта отъехала в сторону. Вниз упала металлическая лестница. Вот и генерал Ли прибыл со своей безоговорочной капитуляцией. Это, конечно, никакой не Тауред, британский Лев отбросил притворство, решив продемонстрировать клыки. Интересно, кого прислали? «Поларисом» не поставят командовать сержанта.

На человеке была военная форма, но какая именно в темноте не разобрать. Я решил не тянуть и первый пошел навстречу. Встретились как раз на середине. Узнал я его шагов за пять и невольно скрипнул зубами. Значит, маски действительно сброшены. Я был в штатском, поэтому приложил руку к шляпе.

– Добрый вечер, ваша светлость!

Лорд Луис Френсис Альберт Маунтбеттен, принц и королевский родич, подбросил ладонь к козырьку морской фуражки.

– Здравствуйте, мистер Корд. Джонас Корд.

Как меня зовут на самом деле, он, конечно, знал, и чужое имя прозвучало откровенной насмешкой. Я решил не ждать его условий. Все и так ясно.

– Прибыли за трофеем? – я обернулся в сторону висевшего над травой «такси».
– Забирайте. Но за каждого пассажира спросит правительство Соединенных Штатов. Лично озабочусь, если буду жив. А если нет, озаботится кто-то другой. У Дяди Сэма – много.