Щелкнула дверь и на пороге появился адъютант, подполковник Корнилов.

— Алексей Алексеевич, получены сведения из Александровского.

— Да? — удивился Брусилов и невольно еще раз бросил взгляд на молчащие телефоны. — Докладывайте.

Корнилов вошел в кабинет, тщательно закрыв дверь, что даже проверил, оглянувшись. Подошел вплотную к столу и только тогда негромко пояснил.

— Позвонил мой конфидент[6] с аэродрома. На мой телефон. Я решил никому, включая вашего секретаря не сообщать. Объект «Ноль» ускользнул, — взглянув на побледневшего Брусилова, подполковник добавил подробностей. — Улетел вместе с пятеркой охранников на транспортном самолете. ВНОС[7] его потеряла, связи нет.

— Та-ак, — мгновенно собрался Алексей Алексеевич. И сразу куда-то исчез расслабленный дедушка, кайфовавший в кресле, сменившись готовым к бою пожилым, но еще полным энергии бойцом. Сам Брусилов, как и его адъютант, знал, кто проходит стажировку в подчиненных ему войсках. Знал об этом также командир полка. И Брусилову очень хотелось узнать, как и почему Воронцов отпустил возможного наследника престола, помешав планам заговорщиков.

— Секретева вызови, — бросил он в селектор секретарю, отжав нужную клавишу. Одновременно взмахом руки показав адъютанту, чтобы тот сел за столик в углу.

— Петр Александрович? — командным голосом заговорил Брусилов — Тебе уже доложили, что там под Александровском произошло? Да? А почему мне ничего не докладывали? Собирались? Хорошо, понял. Принимайте меры к нарушителю. Самые жесткие. Даю добро на открытие огня при необходимости. Приказ «Ковер» пока не отменяйте. Жду доклада, — Алексей аккуратно положил трубку. Неторопливо поднялся с кресла, обошел стол. — Так, Георгий. Идешь к Дьяконову. Берешь с собой его и его группу и на аэродром. Самолет выделим, решу вопрос с Секретевым. Твоя задача — взять объект «Ноль» живым или мертвым. Понял?

— Так точно, господин наместник, — вскочил со стула полковник.

— Тогда вперед, приказал Брусилов…

Первый час полета прошел относительно спокойно. Самолет потряхивало в воздушных ямах. В стремлении сэкономить керосина Семецкий то набирал высоту, то опять снижался. Но в пассажирском отсеке царило спокойствие. Васильев сразу после взлета раздал всем стандартные авиационные наушники и ларингофоны, помог подключиться и исчез за дверью кабины летчиков. Трое из охранников пристроились поудобнее и задремали. Один бдел, пристроившись неподалеку от задумавшегося Олега. Величко переключил четырех морпехов на себя и начал, как понял Олег, расспрашивать их обо всем. Сам Олег попытался задремать, но сон не шел.

То, что произошло в Петербурге и здесь требовалось обдумать и разложить по полочкам. А потом выработать решение на дальнейшие действия. Но для окончательного и точного анализа нужны сведения, которые Значит курс на Читу — правильный. Сесть можно как раз на бывшем военном аэродроме у того же поселка, как раз рядом со складом. А оттуда добраться до сопок, расконсервировать точку, созвониться. При необходимости хранящихся там запасов хватит, чтобы уйти через тайгу в сторону Верхнеудинска или Байкальска.

Но все это было не главным. Самое необходимое сейчас — понять, что происходит на самом деле. Если это заговор, то чей? Кому выгодна смерть папы и воцарение Константина? Германцы, англичане, штатовцы, мятежники внутри страны? Или все вместе? Насколько пронизана заговорщиками армия, жандармерия, Третье отделение, Дворцовая стража? Если частично, то надежда есть. Те же армейские могут не только саботировать команды заговорщиков, как князь Воронцов. Но весь вопрос упирается в размах заговора. Из имеющихся данных Олег мог пока сделать вывод, что армия, похоже, частично вне заговора. Будь иначе — так просто им уйти не дали. Дворцовая охрана — скорее всего тоже не в заговоре. Иначе бы Величко получил приказ задержать его прямо в полку. А вот жандармерия и Третье отделение, возможно и Государственный Совет… Олег внезапно понял, что он просто гадает, не имея никаких реальных сведений. И что это гадание ни к каким полезным выводам не приведет. Но и остановиться он не мог, мысли крутились вокруг одних и тех же известных фактов в попытке создать из имеющихся разрозненных сведений цельную картину.

Внезапно в наушниках раздался резкий тональный сигнал общего вызова и слегка искаженный аппаратурой голос, кажется, самого Семецкого произнес.

— Всем пристегнуться и не двигаться. Нас пытаются перехватить два «Черных лебедя». Внимание! Пристегнуться и не вставать с мест. Возможно, придется садиться на любое подходящее поле!

«Тяжелый барражирующий перехватчик заводов Лебедева Л-250 — вспомнил Олег. — Мощный локатор, четыре ракеты дальнего боя и четыре ближнего, пушка, два пилота, скорость до семьсот пятидесяти узлов… Не уйдем».

Между тем самолет начал мотаться из стороны в сторону. Бросало сильно, так что даже пристегнувшись, Олег с трудом удерживался на сидении. Похоже, Георгий пытался уйти от перехватчиков на бреющем. Затем последовало еще несколько маневров. Резких и неожиданных, почти на грани сваливания, заставлявших пассажиров буквально висеть на ремнях. Олег сразу понял, что это означает. Семецкий уходил от прямой атаки, скорее всего от обстрела из пушки. Потому что на малой высоте ракеты воздушного боя не столь эффективны.