Олег сидел в предбаннике и неторопливо одевался, собираясь пойти поужинать. Сегодня, в день Тезоименитства Его Императорского Величества, первому эскадрону выпала почетная обязанность дежурного подразделения. В результате весь день просидели на аэродроме с оружием «в руках», ожидая сигнала. Не дождались, к счастью. После того, как их сменил второй эскадрон, Олег решил к себе на квартиру не ехать, оставшись в казарме. Рассчитанные на военное время казармы позволяли с комфортом разместить не только нижних чинов, но и всех офицеров полка. Оставив снаряжение в отведенном субалтерн-офицерам первого эскадрона кубрике, Олег сходил в душевую, ополоснулся и теперь одевался, наслаждаясь свежестью сменного белья и предвкушая простой, но сытный солдатский ужин. Но порадовать себя «изысками» армейской кухни Олегу было не суждено. В полуоткрывшейся двери возникла голова посыльного, рядового откуда-то из Гродненской, кажется, губернии с запоминающейся фамилией Морщица. Проорав: — Боевая тревога! Тайфун! — голова мгновенно исчезла. Чертыхаясь, кандидат-прапорщик мгновенно, словно вспомнив училищную муштру, влез в обмундирование, обулся и побежал в кубрик. В котором уже вовсю собирались по тревоге остальные субалтерн-офицеры. В результате Олег подбегал к строящемуся эскадрону последним. И не успел встать в строй, остановленный командиром эскадрона.

— Кандидат-прапорщик Михайлов, — Шимский внимательно осмотрел вытянувшегося по стойке смирно Олега. Не обнаружив изъянов в обмундировании и амуниции, удовлетворенно кивнул. — Вам приказано явиться к командиру полка вместе с неполной третьей секцией первого взвода. Мобиль ждет у первого ангара. Вопросы?

— Никак нет, господин ротмистр, — браво ответил Олег, стараясь не выдать своего состояния. Потому что первая же, после получения такого приказа мысль была о какой-то беде. — «Сигнал «Тайфун» в такой день! Неужели с папой что-то? Скорее всего, комполка не стал бы вызывать просто так… Боевики сумели добраться до папа или кого-то из семьи? Ранен? — в то время, пока он поджидал выбирающуюся из строя эскадрона шестерку бойцов, мысли метались в голове испуганными птицами. — Убит? Спокойно, Олле, спокойно. Может, никто из наших и не пострадал. Министр обороны убит, например…»

Мобиль, обычный для воздушной кавалерии легкий вездеход «Аксай», по слухам, выпускавшийся по лицензии американской фирмы «Додж», действительно ждал шестерку бойцов у ангара. Пригнавший его сюда шоффер передал руль одному из пятерых сопровождающих Олега, капралу Величко и убежал куда-то в ангар.

— Поехали, — забираясь на сидение рядом с Величко, приказал Олег.

Как ни странно, капрал рванул не к гарнизону или расположенному немного в стороне по той же дороге подземному запасному командному пункту, а к наземным постройкам аэродрома. Впрочем, Олег уже понял, что сегодняшний праздник их полка, а возможно и всей армии, совершенно не коснулся. Похоже, все чего-то подобного ждали и только он и ворчавшие на дурость начальников субалтерны ничего не подозревали. Впрочем, в Российской Императорской Армии еще с Великой и Азиатской войн, претворяя в жизнь принцип Суворова: «Каждый солдат должен знать свой маневр», упор делали именно на слове «свой».

Пока они ехали по окружной дороге до здания диспетчерской, на аэродром один за другим садились самолеты и винтолеты. И даже один цепеллин, причем явно гражданский. Из чего Олег сделал логичный вывод, что объявлен сигнал общей посадки всего летающего на ближайший аэродром. Что могло значить только одно — командование считает вполне возможным начало войны в самое ближайшее время.

Вполне возможно, что сейчас уже отданы все приказы… И экипажи бегут к стратегическим бомбардировщикам, на которые спешно подвешивают ядерные бомбы боевые команды. Тягачи, натужно ревя моторами, тянут сквозь тайгу к заранее подготовленным точкам пуска прицепы с тяжелыми ракетами, способными в полчаса достичь целей на расположенном в другом полушарии Земли континенте. Расчеты баллистических ракет, уже установленных на пусковые, наблюдают, как тягачи загоняют через раздувшиеся от давления шланги в ненасытные утробы «изделий» тонны топлива и окислителя. Авианосцы, разгоняясь до полной скорости, выходят в заданные точки, поднимая из ангаров на палубы штурмовики-бомбардировщики с подвешенными под брюхами бомбами, готовыми взорваться с мощностью в десятки килотонн… Олег, не выдержав, даже потряс головой, отгоняя назойливые видения. Капрал покосился на него, но промолчал.

В развернутом прямо в здании штабе полка их уже ждали. Двое кавалеристов остались в машине, остальные вошли в здание. Их сразу проводили к кабинету, в котором расположился командир полка. Адъютант пригласил в кабинет Олега и капрала, причем сам тоже вышел.

Князь Воронцов выглядел усталым и невыспавшимся. Олегу показалось, что комполка смотрел на вошедших, как смотрят на досадную помеху, с которой надо что-то делать. А что — непонятно и пока неизвестно.

— Господа, буду краток. Согласно приказа от Генштаба, действующего по директиве «Тень» я должен отправить в срочную командировку в Столицу вас, кандидат-прапорщик и вас, капрал с вашей секцией. По приказу же из Военного Министерства, вас предписано отправить в Харбин, к Наместнику Дальнего Востока, разоруженных и под конвоем. Однако приказ Генштаба пришел на час раньше, поэтому я выполняю приказы в порядке очередности. У вас ровно час, господа. Вот ваши документы. У адъютанта получите секретный пакет, выдаваемый по этому приказу. Свободны…

Отдав честь, оба посетителя, четко развернулись к выходу и сделали первый шаг, когда полковник неожиданно попросил.

— А вас, кандидат-прапорщик, я попрошу задержаться на пару минут.

Удивленный Олег вернулся назад. Теперь князь смотрелся совершенно по-другому, словно решившийся броситься в холодную воду пловец.

— Ваше Императорское Высочество, примите мои соболезнования. По полученным мною сведениям, Их Императорские Величества… погибли при подрыве мобиля. Сейчас происходит нечто непонятное. Ваш августейший брат уже заявил, что он наследник. Из Министерства Двора получено указание задержать вас, про Военное Министерство я уже вам сообщил. Вот только приказ подписан не графом Толстым, Государь, — князь сделал вид, что оговорился, но Олег его великолепно понял. Воронцовы — род разветвленный и имеющий неплохие связи в придворных кругах. Значит командир тоже в курсе духовной Императора. — Похоже, Ваше Императорское Высочество, это заговор. Кому доверять — неизвестно, поэтому я прощу вас быть настороже. И поэтому отпускаю так — секретно и только с секцией охраны, — князь развел руками. — До свидания, Ваше Императорское Величество и еще раз умоляю быть очень осторожным…

— До свидания, князь, — вежливо поклонился, как равному, Олег и протянул руку на прощание. — Спасибо за все…

На обратном пути Олег внимательно смотрел по сторонам, но судя по всему в этом организованном армейском бардаке, называемом штабом полка перед началом боевых действий, их прибытие и убытие никого не заинтересовало.

— Едем в «Таверну», — пояснил ситуацию Величко, как только они сели в мобиль. «Таверной» назывался ресторанчик при аэродромной гостинице для прилетающих экипажей воздушных аппаратов. — Хозяин — свой, — добавил он специально для Олега.

Зайдя в «Таверну», они сразу затерялись в забившейся в нее толпе. Столики были не просто заняты, за каждым сидело по крайней мере в полтора раза больше народу, чем положено. Многие просто стояли в проходах и у стойки с напитками. Пробираясь сквозь эту толпу, Олег заметил за боковым столиком четверку морпехов, с оружием. А вместе с ними сидела тройка морских летунов и парочка гражданских. Судя по всему, в этой суматохе можно было спрятать не только шестерку кавалеристов с оружием, но и целого слона вместе с эскадроном кавалеристов.