Словно ножом по сердцу прошелся. Дикая волна всепоглощающего отчаяния прокатилась по телу, обожгла внутренности и схлынула, оставив после себя пустоту. Шутим, смеемся от безысходности, в реальности же меня душили невыплаканные слезы.

Безмолвно всхлипнув, обвила его руками. Каждой клеточкой своего тела я ощущала его чувства, считывала их со струн его сердца и тонула в океане его любви. Невероятно, как я не заметила этого раньше? Затягиваемая в торнадо противоречивых эмоций, моя душа взывала к действию:

— Я никуда не поеду!

Теург медленно поднялся, опираясь на руки:

— Не начинай, вопрос закрыт!

— Пусть! Пусть меня отдадут этому Кретту! Я сделаю его жизнь невыносимой, и он тоже вернет меня с доплатой! В таком случае решение будет считаться исполненным?

Вскочив на ноги, Теург метнул на меня яростный взгляд. Все, шутки кончились. Я прекрасно его понимала, в отличие от меня он живет с этим знанием уже несколько дней и измотан до предела. Предвосхищая неизбежную схватку, я приготовилась к обороне.

— Ты подчинишься, поняла? А если нет, я свяжу тебя веревками и отправлю через море с мешком на голове! Почему ты не позволяешь мне хоть что-нибудь исправить? Это моя вина и мое проклятье, я не хочу, чтобы ты страдала!

— Страдала? Ты полагаешь, я не буду страдать в разлуке с тобой? Да лучше убей меня сразу!

— Собирайся! — приказал, не терпя возражений. — Мы выходим, как только драккары будут на месте.

Ну, нееееет! Подскочив с кровати, я оказалась рядом и, обхватив руками его шею, опасно приблизилась к губам.

— Мы ведь не расстанемся просто так, Теург, верно? — прошептала я, потеревшись о его губы. Мне сейчас было абсолютно плевать, что будет дальше со мной и с моей жизнью, но я не собиралась отпускать своего мужчину в неизвестность, не изведав хоть раз, каково это — быть с ним, чувствовать его, принадлежать ему. А потом… к дьяволу! Или к Кретту, мне все равно, но он не будет первым!

К моему удивлению глаза наткнулись на колючий холод. Скрипнув зубами, Теург сжал челюсти и медленно, аккуратно разжал мои пальцы.

— Не надо, — выдохнул он, пристально глядя мне прямо в душу, но я видела, как крошится и осыпается напускной лёд его взгляда. — Я не поступлю так с тобой.

— Мы можем больше никогда не увидеться, ты понимаешь это? — я с трудом удерживала в горле слезы. Отчаяние вот-вот готово было вырваться наружу истерикой, истошным криком. Нет! Это немыслимо! Как мне жить без него?

Почувствовав, что не в силах больше удерживать свою маску, Теург отвернулся к двери. Еще шаг, и я потеряю его безвозвратно! Глухо шурша о пол, платье упало к ногам, оставляя меня в костюме Евы. Слезы заволокли глаза и, стекая ручейками по щекам, капали на обнаженную грудь.

Он не уйдет! Не сможет!

Теург замер и обернулся. В глазах его бушевало пламя. Пламя, с которым он давно безуспешно боролся. И сейчас оно безжалостно топило лед, плескаясь огненными языками, и было понятно, что он не в силах его затушить.

— Это ты тоже подаришь Кретту? — добила я.

В два шага Теург приблизился и, грохнув кулаками с двух сторон от моего лица, прижал меня к холодному камню. Опираясь руками о каменную стену, он наклонил голову и, тяжело дыша, посмотрел мне в глаза. Я отчетливо слышала грохот его сердца, а взгляд его потемнел, словно у демона из подземного царства, заставляя меня стушеваться.

Это уже была не игра! Он больше не забавлялся, не пытался досадить, в его душе бушевало настоящее, крепкое чувство, оно пробивалось в мое сознание, проявляясь в каждом его взгляде и жесте.

На какое-то мгновение я зажмурилась, пытаясь подавить страх, поскольку во мне оно тоже жило. Его чувство находило отклик в дебрях моей души, которая болела и металась в преддверии неизбежного расставания.

Тело же била мелкая дрожь, я тоже задыхалась, ощущая его безусловную власть над собой. Власть мужчины, которого я желала. И сейчас никакая сила не могла оторвать меня от него, ибо я чувствовала, как сильно он желает того же.

Не дожидаясь, пока он опомнится, обхватила руками его голову и жарко прижалась к губам. Теург еле слышно застонал, оторвал руки от стены и… сдался.

Обхватив сильными руками, он до хруста в костях сжал мое тело, и я медленно осела в его объятия. Это была сама Страсть, так долго подавляемая, она наконец-то выплеснулась наружу и затопила нас с головой жгучей, обжигающей лавой. Эта лава струилась по венам, заполняя собой всё и вся, пульсируя под кожей, сжигая до тла…

Запустив руки под рубашку, я скользила ладонями по его совершенному телу, пораженная взрывом новых ощущений. Теург покрыл поцелуями мое лицо, спустился губами по мокрой дорожке слез до груди, жадно прильнул, сжав в ладони, и вернулся обратно к губам.