– Ты чем-то расстроен?

Я всегда понимала его слишком хорошо.

Он кивает.

– Да, вроде, ничего особенного, но… Понимаешь, кто-то открывал МОЮ докторскую диссертацию на МОЕМ компьютере. А возможно, не только открывал, но и копировал.

– И что? – я пожимаю плечами.

– Как ты не понимаешь? – горячится он. – У нас вообще-то не принято шарить по чужим компьютерам. И заходить в мой кабинет без крайней необходимости – тоже.

Я фыркаю – у него не кабинет, а одно название. Небольшой закуток, в который попадаешь, пройдя через помещение кафедры. Но дверь там есть – это правда.

– Ну, мало ли, всякое бывает. Может быть, кому-то срочно потребовался документ, который есть только на твоем компьютере. А тебя просто решили не беспокоить.

– Да у меня доступ запаролен! – выдыхает он и тут же признается: – Хотя пароль, честно сказать, шутевый.

– Неужели, дата рождения?

– Нет, номер автомобиля. Так что при желании догадаться можно. Хотя я никогда бы не подумал, что кто-то будет этот пароль подбирать.

– Смени пароль и успокойся, – советую я.

Мое мнение о новых коллегах отнюдь не становится лучше.

– Да не в пароле дело! – срывается он. – У кого-то оказался полный текст моей диссертации! Да, это пока еще черновой вариант, но если он утечет куда-то, то мне придется начинать с нуля! Ты понимаешь, что если его выложат где-то в сети под чужим именем, то свое авторство мне будет не доказать? А если это выяснится уже после защиты? Ты представляешь? Меня лишат ученой степени. А какой это будет скандал!

– Так выложи ее сам, под своим именем. Опубликуй.

Он обиженно сопит:

– Она требует доработки.

– Ты уже рассказал кому-нибудь об этом? – строго спрашиваю я.

Он краснеет и начинает оправдываться:

– Понимаешь, когда я вчера понял, что в моем компьютере кто-то шарил, я, наверно, изменился в лице, потому что Никита, – он соображает, что я понятия не имею, кто такой Никита, и поясняет, – наш преподаватель Никита Аркадьевич Квасцов спросил, в чём дело. Я объяснил – только ему одному. Но на кафедре были и другие преподаватели – они могли слышать.

– Понятно, – тоном опытного детектива говорю я и сажусь на первый подвернувшийся стул. – Ну, по крайней мере, они знают, что чье-то любопытство не осталось незамеченным. Может быть, этого будет достаточно, чтобы они не совали нос куда не следует.

Вадим, как страус, предпочитает сунуть голову в песок.

– Ты права! – воодушевляется он. – Возможно, это досадная случайность, не более. Я уже жалею, что рассказал об этом Квасцову.

Я снова берусь за пакет, а Вадим снова меня останавливает.

– Послушай, Алиса, ты в субботу занята? Если нет, приходи в гости. Даша будет рада.

Я сильно в этом сомневаюсь, но вежливо обещаю подумать.

– Нет, правда! – на его лице появляется усталая улыбка. – Мы с тобой столько лет толком не разговаривали. А Дарья любит принимать гостей. И как раз вчера она спрашивала, почему мы вдруг перестали общаться, – в голосе его звучит упрек.

Я выхожу из кабинета, искренне не понимая, как мужчины могут быть такими забывчивыми. Или бесчувственными?

Суббота, три часа дня, и я, как послушная девочка, иду к Кирсановым. В их новой, приобретенной по ипотеке квартире, я ни разу еще не была.

Дверь открывает Даша. Ее я не видела лет пять, а потому первые несколько секунд мы молча изучаем друг друга, и я успеваю отметить, что она ничуть не постарела, а словно еще больше расцвела.

– Алиса! – она сверкает голливудской улыбкой.

Я тоже дежурно улыбаюсь, изо всех сил стараясь показать, как рада встрече.

Одета она просто – в белую блузку, желтый вязаный жилет и темные брючки. На лице – тот минимум косметики, который позволяет подчеркнуть и без того недурные природные данные, но не дает повода подумать о плохом вкусе.

Впрочем, как быстро выясняется, простота эта – лишь внешняя, и сама же Даша указывает мне на мою ошибку.

– Нравится жилетик? – улыбаясь, спрашивает она. – Между прочим, брендовая вещь!

Она называет громкую фамилию, смотрит на меня торжествующе, и я догадываюсь, что речь идет о знаменитом модельере.

– Недавно ездила в Москву в командировку. Выделила один вечер для похода по магазинам. И, представь, в ЦУМе нарвалась на распродажу прошлогодней коллекции. Миленькая вещица, правда?

О том, что миленькая вещица выглядит как обычный жилет, связанный руками домохозяйки, я предпочитаю умолчать. Честно сказать, за высокой модой я не слежу и к раскрученным брендам равнодушна.