– Здравия желаю вашему превосходительству, – поприветствовал он генерала. – Техник Кошкин с Тульского оружейного завода. По приказу Военного министра прибыл к вам для испытания новых пулеметов.

– Всего лишь испытания? – сморщился Брусилов.

– В соответствии с выданными мне инструкциями, оружие по завершению испытаний будет передано корпусу. Его выделка оплачена казной.

– Сколько у вас пулеметов?

– Пятьдесят. Вагон на станции стоит.

– Сколько?! – изумился генерал. – У меня в полках по восемь в командах, в конных – и вовсе по четыре. Итого шестьдесят, а по штату вдвое необходимо. Вы же привезли полсотни. Это просто замечательно! Жаль, что команды к ним негде взять.

– Не беда, ваше превосходительство, – сказал Кошкин. – Со мной прибыло отделение солдат. Они участвовали в пристрелке пулеметов и хорошо знают их устройство. Выделенных вами людей обучат быстро. Пулемет наш чрезвычайно прост и легче «максима». Предназначен большей частью для кавалерийских частей, хотя и в пехоте пригодится. Если вы знакомы с пулеметом Мадсена, то поймете. Наподобие его, но несравненно лучше. Выше скорострельность и емкость магазина. Более надежен.

– Можно глянуть? – загорелся генерал.

– В приемной ожидает унтер-офицер с одним из пулеметов. Разрешите пригласить?..

Спустя несколько минут на застеленном брезентом столе командира корпуса примостился пулемет, а Федор объяснял его устройство. Брусилов выслушал внимательно, затем взял оружие и, держа его на весу, приложился.

– Вполне можно стрелять стоя, – сказал и поставил пулемет на стол. – А с коня – так и вовсе запросто. Какова кучность?

– Зависит от длины очередей. Если стрелять короткими – по четыре-пять выстрелов, то круг рассеивания на дистанции в сто сорок шагов[4] составит менее семи дюймов. На дистанции вдвое большей – четырнадцать. При очередях в три выстрела кучность возрастает. Пулемет не имеет станка, оттого и разброс. Но для ближнего боя более чем достаточно.

– Это для чего? – спросил Брусилов, указав на пламегаситель.

Федор объяснил. В следующие полчаса он подробно ответил на вопросы генерала. В том числе – о предполагаемой тактике использования оружия. Это Брусилову понравилось особенно.

– Кто придумал пулемет? – спросил гостя.

– Я, – ответил Федор.

– Вы? – удивился генерал. – И всего лишь техник? Странно. Какое учебное заведение окончили?

– Школу при заводе. Начинал мастеровым, но недавно сдал экзамены за курс реального училища. Получил свидетельство. Вследствие чего, приказом по заводу переведен в техники.

– Отбывали воинскую повинность?

– Да, ваше превосходительство. Унтер-офицер запаса.

– Чем они у вас там думают? – буркнул генерал. – Готовый офицер, а его в штатских держат. А теперь слушайте меня, Кошкин. Именным[5] указом командирам корпусов приграничных округов предоставлено право присваивать первый офицерский чин вольноопределяющимся при наличии у тех соответствующего образования. Под таким понимается полный курс гимназии или реального училища. При этом кандидат должен отслужить в полку не менее года. Однако вольноопределяющиеся, отбывшие воинскую повинность ранее и имеющие унтер-офицерский чин, от такой необходимости избавлены. Мера продиктована нехваткой офицеров в корпусах. Вам понятно? Напишите прошение о приеме в вольноопределяющиеся, я сегодня же отдам приказ.

– Но мое место на заводе! – возразил Федор.

– Вы туда вернетесь по завершению испытаний. Подадите рапорт об отставке, я его удовлетворю.

– Извините, ваше превосходительство, но не понимаю…

– Что тут непонятного? – пожал плечами генерал. – Я всего лишь исправляю ошибку тульского завода. Для изучения новых пулеметов прибудут команды под началом офицеров. Подчиняться штатскому они не станут. Значит, слушать будут плохо, обучение провалится. Вам понятно?

– Да.

– Офицеру следует отвечать «так точно», – улыбнулся генерал. – Документы захватили?

– Так точно!

– Прошение подадите адъютанту в приемной. Он проверит документы и сделает из них списки[6]. Заодно поможет с размещением солдат и гостиницей для вас. С ними трудно: много офицеров в городе. Послезавтра жду вас с представлением по случаю присвоения чина. Как раз станут прибывать команды для обучения.

– Не успею построить мундир, – вздохнул Федор.

– Вы прибыли в Гродно, господин Кошкин! – улыбнулся генерал. – Здесь полно жидов-портных[7]. Сделают за день. Деньги на мундир найдете или выдать вам аванс?

– Есть, – сказал Федор. – До свиданья, ваше превосходительство, – он потянулся к пулемету.

– Оставьте здесь, – остановил его генерал. – Офицерам штаба покажу. Пусть подумают, как лучше применить новое оружие.

Федор поклонился и вышел. В приемной он сообщил адъютанту о поручении командира корпуса, тот без долгих слов принялся за работу. Для начала отвел его к писарям, которые быстро сняли копии с документов. Заодно написали и прошение – Федор решил, что так будет скорее. С готовыми документами заглянул в приемную. Адъютант, сверив тексты, выдал предписание для размещения солдат в казарме комендантской роты и постановке их на довольствие. Самому черкнул записку для владельца гостиницы и посоветовал портного.