Отец Марион многозначительно посмотрел на неё.

— Я точно знаю, о чём он говорит, — ответил он поджав губы. — Он хотел, чтобы я вёл переговоры с этой проклятой международной мафией, заключал с ними сделки, чтобы заработать нам деньги на стороне. Он хотел, чтобы я выполнял приказы кучки проклятых жуликов… и диктаторов. Всё для того, чтобы заработать деньжат. Он пытался обставить всё так, чтобы казалось, будто у меня не осталось выбора.

Глядя на неё, он холодно добавил:

— …Бред сивой кобылы. Я не знаю, с кем, чёрт возьми, он, по его мнению, разговаривал, Марион. Этот твой друг может называть меня бойскаутом. Может, так оно и есть. Я не продам свою чёртову страну. Не сейчас. И никогда. После того разговора этот сукин сын знал, что я собираюсь его уволить. Проклятый предатель в моей администрации? Он с ума сошёл?

Её отец хмыкнул.

— …Я уже искал ему замену.

Губы Марион изогнулись в невольной улыбке.

Похлопав руку отца, лежащую на его бедре, она улыбнулась Тюру.

— Хорошо, — сказала она, притворно серьёзно кивнув. Её голос стал таким же резким и деловым, как у отца. — …вот и правильно, чёрт подери.

Тюр потянул спину и распрямил руки, зевая на диване террасы.

Увидев, что Марион подходит к нему, он улыбнулся; на его груди лежала книга, которую он, должно быть, оставил там, задремав.

Когда она почти добралась до него, он грациозно сел, поймав книгу, чтобы та не упала, и положил её на стеклянный столик слева от себя.

Всё ещё улыбаясь ей, Тюр похлопал по жёлтой диванной подушке рядом с собой.

Как только она оказалась достаточно близко, он обнял её, целуя шею, лицо, прижимаясь щекой к её щеке, целуя в губы.

Последний поцелуй продлился немного дольше.

К концу Марион не могла дышать, лишь улыбалась ему как последняя идиотка.

— Привет, — сказала она, поцеловав его в ответ, когда Тюр снова ткнулся носом в её шею. — Как поспал?

— Я не спал, — шутливо запротестовал он. — Бог Войны никогда не спит.

— Значит, ты прятался? — невинно спросила она. — Ты позволишь мне самостоятельно иметь дело с прессой и отвечать на все неудобные вопросы Секретной службы и остальных? Всегда?

Тюр поднял свои руки с длинными пальцами.

— Возможно? — произнес он, поморщившись, когда она игриво шлёпнула его по руке. — Ты гораздо лучше разбираешься в человеческих делах, чем я, Марион.

Она хмыкнула.

— Человеческие дела. Ясно.

— Ну, — сказал он, откидываясь на спинку дивана и увлекая её за собой. — В какой-то момент нам придется разбираться и с божественными делами. Хочешь разделить это со мной?

Когда она начала открывать рот, Тюр предупреждающе поднял палец.

— … Хорошо подумай, прежде чем отвечать, — предупредил он с лёгкой ухмылкой. — Ты думаешь, что люди сумасшедшие? Подожди, пока не познакомишься с моей семьей.

Как будто задумавшись об этом, он пожал плечами.

— Хотя мои братья оба женаты на человеческих женщинах, и как ни странно, это, похоже, делает их более цивилизованными. Возможно, мы можем рискнуть и явиться на званый ужин, на который все четверо зазывают нас сразу же, как только нас выпустят отсюда…

— Званый ужин? — она засмеялась, запустив в него подушкой. — Ты не шутишь?

— Никак нет, — сказал Тюр, и часть юмора испарилась из его глаз. — Локи и Тор настаивают на встрече с тобой. И я думаю, Сильвия и Лия, их жёны, всегда будут рады другой смертной приятельнице по несчастью, ведь они застряли с моими братьями.

Марион рассмеялась, снова ударив его подушкой.

— Значит, ты заставляешь меня иметь дело и с человеческими проблемами, и с божественными? — фыркнула она, снова ударяя его жёлтой подушкой с кисточками. — Кто бы сомневался.

— Они и правда доставляют тебе столько неприятностей? — спросил Тюр более серьёзным голосом. — Люди твоего отца? СМИ?

Марион глубоко вздохнула, позволив себе откинуться на диван и прильнуть к Тюру. Она устроилась поудобнее и снова вздохнула после того, как он обнял её одной рукой, сжав плечо и стиснув в объятиях.

— Сейчас уже полегче, — призналась она. — В основном мне задают вопросы о тебе, о слухах про какой-то реактивный рюкзак и о том, как мы вдвоём летали по округу Колумбия после той автомобильной аварии. Меня спрашивали о теориях заговора…

Она повернула голову, усмехнувшись ему.

— …Кстати, некоторые из них верны. Меня много раз спрашивали, как мне удалось избежать попытки похищения на Сен-Бартелеми. К счастью, я могу сказать им, что не помню большую часть произошедшего, и это будет чистой правдой. Ещё у меня есть запасной вариант: что большая часть событий до сих пор расследуется, и мне не разрешено говорить об этом, что отчасти тоже верно…

— …И отчасти не очень, — закончил Тюр, целуя её в висок.