Марион закрыла рот, снова бросив взгляд на Тюра, когда к нему подошли агенты.

Дон заговорил с Тюром немного более дипломатично, когда подошёл к ним.

— Держи руки поднятыми, здоровяк, — сказал крупный агент. — Если ты именно тот, кем она тебя называет, то тебе не о чём беспокоиться. Нам просто нужно прогуляться с тобой и всё прояснить, прежде чем мы сможем позволить тебе вернуться сюда…

Марион встретилась взглядом с Тюром.

Бог смотрел на неё.

Он явно не хотел оставлять её одну.

В то же время Марион по-прежнему чувствовала, что он беспокоится вовсе не за себя. Он волнуется о ней даже сейчас, когда к нему приближались пять агентов с оружием.

Тюр доверял агентам не больше, чем они доверяли ему.

Глядя на него, Марион поняла: Тюр подозревает, что некоторые люди из Синдиката, вероятно, находятся в Белом Доме даже сейчас. Вспомнив, что произошло, когда она попыталась дозвониться до отца по специальной линии, она поняла, что он может оказаться прав.

— Он должен остаться со мной, — произнесла Марион, встретившись взглядом с Тюром, затем взглянула на Майка. — Если вам нужно допросить его в другом месте, то я иду с вами. Нас нельзя разлучать. На это есть веские причины, Майк, — добавила она, когда он перевёл на нее жесткий взгляд. — У нас есть основания полагать, что здешняя служба безопасности скомпрометирована, — добавила она, переводя взгляд с него на Дона. — Я пыталась воспользоваться специальным номером. Мы пытались сообщить, чтобы вы пришли за нами… и я не могла дозвониться. Звонок был перенаправлен. Мой звонок перехватили те же люди, что пытались похитить меня на Сен-Бартелеми.

В коридоре воцарилась тишина.

В этот раз она была осязаемой.

Марион наблюдала, как несколько агентов обменялись взглядами, особенно Майк и Дон, и ещё Майк и другой парень, который тоже был здесь ответственным, тот самый, который первым наорал на Тюра, когда появился в коридоре.

Марион тоже узнала его.

Высокий латиноамериканец, которого звали Диего Торрес.

Он шутил, что друзья называют его Дэйв, но Марион никогда не слышала, чтобы кто-нибудь из Службы называл его как-то иначе, чем Торрес. Он был бывшим военным, как Майк и Дон, но Марион не знала, из какого он подразделения.

В отличие от Майка и Дона, он обладал обезоруживающе худощавым телосложением.

На нём была привычная форма Секретной службы в виде чёрного костюма, белой рубашки, он носил неприметную стрижку и серебряные военные часы. Он переводил взгляд глубоких карих глаз то на Тюра, то на Марион.

Как будто приняв решение, он указал на коридор.

— Отведите здоровяка в одну из спален, — начал он, указывая на Тюра.

Марион покачала головой, открывая рот, чтобы возразить, но Торрес посмотрел прямо на нее.

— Мы должны проверить его, Марион, — спокойно объяснил он, поднимая руку. — Майк и Дон останутся с тобой. Хорошо? Я пойду поговорю с твоим таинственным спасителем. Но мы должны проверить его, прежде чем позволим ему находиться в одной комнате с президентом… а они сейчас ведут твоего отца наверх. Он знает, что ты здесь, и требует встречи с тобой. Он не будет вести себя со мной любезно, если я попрошу его подождать.

Марион нахмурилась.

Она посмотрела на Тюра, который посмотрел на неё в ответ.

Бог Войны всё ещё выглядел настороженным.

Марион могла видеть, что он переживал за неё, и это расстраивало её.

Она намного больше переживала о нём.

— Нет, — начала она, качая головой. — Папа может подождать. Он может подождать пять минут…

— Марион, — тихо перебил её Тюр, снова встречаясь с ней взглядом. — Всё в порядке. Я буду недалеко. Иди к отцу.

Она бросила на него сердитый взгляд.

Потом Марион стиснула челюсти, не желая спорить ещё и с ним вдобавок ко всем остальным. Она перевела взгляд с Дона на Майка и обратно. Она более-менее доверяла им. Хотя до всего случившегося она безоговорочно доверяла им обоим.

Они были прикреплены к ней с тех пор, как избрали её отца.

Но теперь, учитывая произошедшее, как она могла быть абсолютно уверена?

Как она могла быть абсолютно уверена в ком-нибудь из них?

— Скажи моему отцу, чтобы поднимался сюда, — развернувшись, произнесла Марион и снова посмотрела на Тюра.

Затем её взгляд переместился на Торреса, и её челюсти сжались.

— С ним же будут все его агенты, так? — сказала она. — Он будет в полной безопасности. Уведите Тюра в соседнюю комнату и обыщите на наличие бомб, оружия, сделайте всё, что вам нужно, чтобы убедиться, что он не представляет угрозы. Я останусь на этом этаже. Мы с отцом можем поговорить здесь. Когда вы удостоверитесь, что у Тюра нет оружия, ядов или чего-то ещё, о чём вы можете беспокоиться, приведите его туда, где я смогу его видеть.

Она смотрела то на Торреса, то на Майка, и её голос зазвучал холодно.

— Есть хоть одна причина, по которой у вас возникнут трудности с этим? — поинтересовалась она. — Хоть одна причина, которая не убедит меня, что вы являетесь участниками этого заговора?

Торрес взглянул на Майка, который мрачно посмотрел на него в ответ.

Затем Торрес медленно кивнул в ответ на то, что увидел в глазах Майка Ростро.

— Ладно, Марион, — сказал он. — Я свяжусь с охраной твоего отца.