Шрифт:
Чем та, какую ты сейчас сыграл:
Не кончился б еще и первый выход,
Как меч в твоей сладкоречивой глотке
Уже торчал бы.
Катон :
Выродок бесстыдный!
Цицерон :
Отцы, угодно ль вам подвергнуть их
Домашнему аресту на поруках [118] ,
Пока сенат не вынесет решенья?
Все :
Да, да.
Цицерон :
118
118...подвергнуть их домашнему аресту на поруках...
– Обвиняемые, принадлежавшие к знати, до формального разбирательства отдавались на поруки сенаторам и магистратам, под наблюдением которых и осуществлялся их домашний арест.
Итак, пусть охраняет Красс
Габиния, Цетега - Корнифиций,
Статилия - Кай Цезарь, а Лентула
Эдилом [119] избранный Лентул Спинтер.
Катон :
Пусть преторы задержанных доставят
В дома к их поручителям.
Цицерон :
Согласен.
Всех увести.
Цезарь :
Нет, пусть Лентул сперва
119
119 Эдил - помощник консула по управлению городом, заведовавший полицией и устройством общественных игр и празднеств. Во времена Цицерона эдилов было четыре.
Сан претора с себя публично сложит [120] .
Лентул :
Сенат свидетель, я его слагаю.
(Преторы и стража уводят Лентула, Цетега, Статилия и Габиния.)
Цезарь :
Теперь обычай древний соблюден.
Катон :
Похвально, что о нем ты вспомнил, Цезарь.
Цицерон :
Как мы должны аллоброгам воздать
120
120...пусть Лентул сперва сан претора с себя публично сложит.
– По обычаям Рима, лица, занимавшие должности магистратов, не могли быть арестованы до истечения их полномочий.
За помощь при раскрытье заговора?
Красс :
Мы все их просьбы удовлетворим.
Цезарь :
За счет казны им выдадим награды.
Катон :
И честными людьми их назовем.
Цицерон :
А что получит Тит Вольтурций?
Цезарь :
Жизнь.
Вольтурций :
Я не желаю большего.
Катон :
И деньги,
Чтоб от нужды он вновь не стал злодеем.
Силан :
Пускай за службу благодарность Санге
И преторам Помтинию и Флакку
Сенат объявит.
Красс :
Это справедливо.
Катон :
Чего же будет удостоен консул,
Чья доблесть, проницательность и ум
Без крови, казней, примененья силы
Спасли от верной гибели отчизну
И вырвали нас из когтей судьбы?
Красс :
Ему обязаны мы нашей жизнью.
Цезарь :
И жизнью наших жен, детей, отцов.
Силан :
Он спас отчизну твердостью своею.
Катон :
Сенат дарует Цицерону званье
Отца отчизны и венок дубовый [121] .
121
121 Дубовый венок - высшая награда, дававшаяся за спасение согражданина на войне.
Цезарь :
И назначает этим же решеньем
Молебствие бессмертным в честь его...
Красс :
Кто - так мы это и в анналы впишем
Сумел своим рачением избавить
Рим от огня, от избиенья граждан
И от меча изменников сенат.
Цицерон :
Отцы, как незначителен мой труд
В сравнении с невиданным почетом,
Какого я, единственный из граждан,
Одетых в тогу [122] , нынче удостоен
В столь многолюдном заседанье вашем [123] .
Но мне всего отрадней знать, что вам
Не угрожает более опасность.
Раз этот день спасенья от нее
Для нас стал знаменательней отныне,
Чем день, когда на свет мы родились,
Затем что, спасшись, радуются люди
И ничего не чувствуют, рождаясь,
Пусть он навек для нас и для потомства
122
122...единственный из граждан, одетых в тогу...
– Тога - одежда римлян в мирное время. Цицерон хочет сказать, что те высокие награды, которых он удостоен, раньше давались только полководцам, что он первое штатское лицо, получившее их.
123
123...в столь многолюдном заседанье вашем.
– Решения сената считались тем авторитетнее, чем больше сенаторов присутствовало на заседании.