С восторгом глядя в полные ошеломления глаза Алана, я слегка качнула его вновь эрегированный орган. Мной было оценено то, как он сдержался и не кончил, поскольку я была уверена в том, что подобное далось ему довольно непросто.

— Достаточно убедительно? — Я намеренно сделала вид, что совершенно не заметила его отчаянного возбуждения, прекрасно зная, что ещё несколько часов таких развлечений ему было обеспечено.

Кожа у него на головке теперь была слишком чувствительной и чересчур уязвимой. До болезненного и ни с чем не сравнимого наслаждения, если к ней прикоснуться. Можно было, конечно же, убрать этот эффект, но я не хотела.

Эльф схватил воздух ртом, явно не находя подходящих слов. Не выдержав, я коснулась его кожи, глядя на внутреннюю часть бёдер.

— Это одно из сложных целительских заклинаний, — пояснила ему и улыбнулась, отметив то, как он дёрнулся и восторженно застонал от одного моего прикосновения. Магия должна была ещё на какое-то время частично сохраниться и в остальном его теле, пока не растворилась бы окончательно. — Несколько шрамов ушло...

На самом деле, в основном это заклинание применялось вовсе не для исцеления. К примеру, его использовали для того, чтобы сделать кожу идеальной перед балом или каким-нибудь празднеством. Только вот я знала, что оно воздействовало на такие повреждения, как у моего эльфика, пусть и совсем поверхностные, с которыми естественная регенерация уже почти справилась.

Отвлёкшись от своих размышлений, я вновь посмотрела в его зелёные глаза.

— Я не понимаю, госпожа, — жалобно пробормотал Алан, смотря на меня взором, полным до сих пор непрошедшего шока и растерянности.

— Что ты не понимаешь? — Улыбнулась я, убирая от него свои руки и давая немного прийти в себя.

— А. А наказание, госпожа? — совсем тихо спросил он. — Это начало? Перед ним?

Я лишь покачала головой.

— Тебе не хватило ощущений?

Мужчина вздрогнул, ещё шире распахнув глаза от моих слов, но затем практически сразу отвёл взгляд в сторону.

— Только вы определяете степень воздействия, госпожа. — Он явственно не ожидал такого исхода.

— Ты будешь ещё повторять ошибки? — серьёзно спросила я у него.

— Нет, госпожа! — Он тут же испуганно покачал головой, всё ещё выглядя слишком шокированным после случившегося.

Кивнув в ответ, я потянулась к ленте на его члене, развязывая ту.

— Тогда о чём разговор? — Сладко зевнула, прикрывая рот ладонью. — Я устала, потратила много магии и хочу спать.

Щелчком пальцев заставив его кандалы расстегнуться, я решила оставить последние болтаться пока на цепях, потому что мне было лень те убирать.

— А ты иди к себе в кроватку и подумай ещё над своим поведением, — продолжила я. — Помни запрет и попробуй поспать ночью. Если получится, конечно.

С последними словами я хмыкнула. Заряд бодрости на кончике члена ещё должен был дать ему какое-то время повеселиться...

Я лежал на своём матрасе в углу комнаты госпожи и никак не мог прийти в себя от потрясения. Наказание прошло без единой отметины, да ещё и закончилось всего лишь за несколько минут. Мне казалось, что подобное невозможно.

«И её слова, что я буду принадлежать только ей и никаких дополнительных господ, которых надо ублажать? Это же просто нереально! После всего, что я успел себе накрутить, выяснилось, что это были всего лишь шутки команды?» — размышлял я и никак не мог в это поверить. Мне казалось, что девушка в любой момент могла повернуться ко мне, рассмеяться и сказать, что всё было всего лишь глупым розыгрышем, и я не должен даже надеяться на подобный исход, но. нет. Я слышал ровное дыхание хозяйки, которая явно спала и ни о чём таком не думала.

«А уж то ночное разрешение кончить в неё.» — едва подумав об этом, я осторожно коснулся члена, ещё раз проверяя, а на самом ли деле мне ничего не почудилось, и на коже не осталось ни единого ожога? Орган отозвался пульсацией, будучи ещё возбуждённым, а в паху прострелили искры зашкаливающего удовольствия, но я крепко сцепил зубы и сдержался. «Не хватало только ещё что-нибудь нарушить!» — напомнил себе, убирая руку.

Я думал, что мне предстояло долго восстанавливаться после сегодняшнего наказания, болезненно ходить и двигаться, а вышло. Затаив дыхание, я ещё один раз провёл пальцами вначале по внутренним поверхностям бёдер, а потом за ушами. Шрамов на самом деле стало чуть меньше. Пусть на один или два, но всё же. Да и в целом я ощущал, как кожа по всему телу стала более чувствительной и гладкой.

Если бы всё было лишь прелюдией для более жёсткого наказания, то я бы ещё понял, но просто так, ради того, чтобы напугать, а в результате сделать настолько приятно. Такого со мной ещё никогда не было.

В моём теле до сих пор бродили отголоски пережитого наслаждения. На самом деле, я только чудом удержался, чтобы не кончить от такого. Слишком уж это было ярко. Слишком интенсивно. Я даже и не знал, что могло быть и так.

Вновь покосившись на кровать, где мирно посапывала хозяйка, я выдохнул и прикрыл глаза. «Мне будет очень сложно вернуться к прошлой жизни после такого. Вновь быть никем для господина, принимать боль и побои без причины, стараясь не оступиться на тонком канате, который раскачивают с двух сторон...» — мелькнула у меня грустная мысль.