Орландо приглушённо хохотнул. Подумать только, чтобы кто-то вроде него умер в кровати, да ещё своей! Нет… он давно знал, что умрёт не сам. Рано или поздно тело подведёт, дрогнет рука или подвернётся лодыжка. Секундное промедление и чужой клинок пробьёт сердце. Возможно, найдётся кто-то более умелый и быстрый. Всякое может быть.

Тем не менее сорок лет!

Он действительно мог бы найти сына, породить новых детей и даже жениться! Может быть, даже на Луиджине. Вернуться к ней, помогать с приютом и обучать детей. Под первые седины написать трактат о фехтовании… а теперь, что? Что у него осталось?! Пять лет? Шесть или десять?! Сколько ещё сожрут эти кольца?!

Орландо положил ладонь на землю, растопырил пальцы и долго смотрел на тусклые полосы жёлтого металла. Обхватывающие указательный, средний и безымянный пальцы. Ладонь покалывает мелкий лесной мусор, в середину упёрся угловатый камешек. Над головой пролетела ночная птица, оброненное перо, шикнув, исчезло в огне. Над деревьями поднимается обгрызенная луна, серебряный свет просвечивает кроны. Искажает перспективу, превращая ветви в скрюченные лапы упырей.

Парень взял меч, упёр двойное острие между мизинцем и безымянным пальцем. Придавил фиксируя и начал опускать, не спуская взгляда с колец. В последний миг шумно выдохнул и убрал руку.

Простые решения слишком соблазнительны, но искалеченный точно не справится. Тем более высок риск подхватить заражение крови и лишиться руки. В задумчивости поскрёб круглый шрам от шпаги Гаспара. Вздохнул и спрятал меч в ножны, утёр лицо ладонями.

Он справится. Переживёт это всё и добьётся желаемого. Даже если ему остался год.

Кривая улыбка растянула губы, по-волчьи обнажив ряд зубов и клыки. Раз время сочтено, то какой смысл беречься? Иди напролом! Круши! Пусть каждый вставший на пути умоется кровью! Забудь о защите, атакуй! Будь быстрее врага! Устрой бойню, которой свет не видел от начала времён! Пусть все библейские истории покажутся детским лепетом в сравнении!

Винченцо всхрапнул и забормотав перевернулся на живот, высунул из-под плаща руку. Орландо перевёл взгляд на него, на ученика. Улыбка слетела с лица. При чём здесь они? Этот бой их не касается, риск неоправдан! Мальчишку просто купил и втянул не спрашивая, хочет ли тот рисковать головой. Брат… брат уже помог больше чем можно было желать. Более того, он до сих пор нормально не ходит, из-за сорванных в пыточной ногтей. Орландо вечерами слышит, как он скрипит зубами, стягивая сапоги и меняя повязку на пальцах.

Дальше следует идти одному. Пусть отправляются в Европу, Винченцо сможет позаботиться о Красе. А с Папой Римским и Ватиканом, он разберётся лично. Тем более халиф говорил, что понтифик прибудет на святую землю.

Как удобно.

Одним махом перебить всех, или почти всех, врагов и вернуть шпагу…

Орландо дёрнулся, заметив движение за деревьями, схватил рукоять меча. В чаще движется серебристая фигура, проходит через деревья и кусты. Следом тянутся сотни таких же. Очертания смазываются, но угадываются человеческие лица, безучастные и умиротворённые. Духи тянутся из чащи вверх по склону, огибают лагерь по одной им видимой тропе. Воздух тихо звенит и полнится шорохами призрачных саванов. Светлячки пляшут вокруг, проходят насквозь, на мгновение расплываясь.

Часть призраков откололась от общего потока, закружила вокруг Орландо. Пожирая взглядами, как голодные псы кость. Лица знакомы… да, это убитые им за последние полгода. Разбойники, крестоносцы и янычары.

— Что? — Зарычал Орландо, выхватив меч. — Пришли посмотреть, как я сдохну?! Ну, давайте! Подходите ближе! Посмотрим, сможет ли этот клинок убить приведение!

Среди хоровода мертвецов мелькнуло лицо Серкано. Орландо вздрогнул и… очнулся. Голова свешена на грудь, меч лежит на коленях, а за спиной догорает костёр.

Утром Крас и Орландо ушли на охоту, лес на горе кишит мелким зверьём и кабанами. Последние передвигаются стадами по несколько десятков голов. Слышно издалека по довольному хрюканью и треску разрываемого мшистого ковра. В чаще угадываются крики рыси и волчья перекличка. Животные стараются держаться подальше от жилья «ведьмы». Орландо по старой памяти смастерил простецкий лук, таким шкуру кабана не пробить, но птицу добыть легче простого. Крас, к удивлению мечника, срезал длинную прямую ветвь. Деловито обстругал, конец расщепил на четыре части. Вставил в них рукоять кинжала и тщательно обмотал куском бечёвки. Получившееся копьё взял наперевес и, сняв рубаху, измазался грязью.

— Ты чего творишь? — Спросил Орландо, вскидывая бровь.

— Зверьё чует запах и разбегается. — Пояснил княжеский бастард. — Нужно пахнуть как лес. Меня этому старый охотник учил, жди здесь.

— Эм… ладно.

Орландо опустился на поваленное дерево, и продолжил строгать стрелы. Мальчишка, закончив обмазываться и лепить на себя куски мха с лишайником, скрылся в лесу. Орландо некоторое время слышал его шаги, напрягая слух до отказа. Затем они пропали окончательно, только в направлении, куда ушёл Крас, похрюкивают кабаны. Зверь здесь непуганый, так что такая маскировка ни к чему, но уж если ребёнок хочет проявить себя. Почему бы и нет?