– Спасибо тебе, великий колдун! – поклонился, скрестив на груди руки в каком-то своём жесте благодарности, вышедший вперёд фили. Тот самый, седобородый. Наверное местный вождь. – Ты спас наше племя. То есть вы все спасли, – принялся он раскланиваться по кругу, перед всеми силарами. – Клипсилитилити теперь перед вами в неоплатном долгу. Я – Свитсимисиль Мисвисваль прошу вас стать нашими гостями на время пока заживает нога вашего друга.

Нога… А ведь Кракл теперь не ходок. Надолго не ходок. Об этом я совсем не подумал. Переживал за Червя – выживет вообще, или нет – а про последствия раны для нашей миссии совершенно забыл. Мы же без него хрен найдём первородный хадж. То есть может и найдём, но не поймём, что он – это именно он. Вот засада!

– Без обид, вождь, но тут вам, похоже, не до гостей сейчас, – опередив задумавшегося меня, кивнул Грай на основательно обгрызанное и местами подпаленное дерево фили. – Этой же ночью сюда столько падальщиков сползётся, что придётся опять воевать.

– Этой ночью, стремительный, нас тут уже не будет, – улыбаясь, пропищал вождь с непроизносимым именем. – Клипсилитилити – большое племя. У нас аж четыре гнезда. Здесь, к сожалению, жить больше нельзя, но мы тутошнюю семью, пока новый дом будет строиться, по другим расселим. Пойдёмте, колдуны. Поможете вашего друга нести.

Тут уже обсуждать было нечего. Я поблагодарил седобородого за приглашение, и мы все вместе последовали за вождём фили к опушке. Обернувшись, я бросил прощальный взгляд на место устроенного нами побоища. Да… Жить здесь точно больше нельзя – мы всё выжгли под корень. А малявки шустры – уже вовсю спускают со своего бутылочного дерева пожитки и ребятню со стариками. Детишек отсюда не разглядеть – просто шевелящиеся точечки – но и так понятно, что те совсем крохи. Всё-таки не зря мы вмешались. Без нас секты бы устроили тут настоящий геноцид. Ступени ступенями, а жирненький плюсик к карме важнее. Похоже, я окончательно задушил в себе Рэ. Размякает сухарь.

Кракл выглядит так себе. Бледный, осунувшийся, глаза тусклые. Но живой и в сознании. Фили не только успели ещё раз обработать рану и зашить её какой-то зелёной нитью, но и соорудили носилки, на которых Червь и лежал. Интересно, как они его на них затащили?

– Убили его, да? – тихо-тихо просопел видящий, когда мы склонились над ним.

– Ага, насмерть, – в коем-то веке по-доброму подмигнула Тола. – Ты как Червячок?

– Нога болит. Очень, – скривившись, простонал тот. – И пить снова хочется.

– Воды! Есть вода?

В ответ на мою просьбу, рядом мгновенно появился фили с флягой, сделанной из какого-то высушенного плода. Ёмкость подали Червю, и тот жадно припал к узкому горлышку.

– Долго лечить, – ткнул на обложенную по кругу травяными тампонами рану ещё один фили – судя по всему местный лекарь. – Но потом бегать.

Прогноз утешительный. Вот только нельзя нам долго торчать на одном месте. Придётся бросать здесь Червя. Грай тоже об этом подумал.

– Нам нельзя оставаться, – прошептал он мне на ухо, как только рядом не осталось никого из малявок. – Рой снова придёт.

– А то я не знаю, – так же тихо ответил я. – Пару дней погостим и уйдём. Только как без Червя искать хадж… Придётся нести его.

– Помрёт, – покачал головой дикий. – С такой раной нужен покой.

– Тогда сами. Не найдём, так вернёмся за ним, когда он поправится. В любом случае дрянь наше дело. Ладно, потом со всеми обсудим.

В этот момент несколько фили притащили наши мешки.

– Пойдёмте, колдуны, – пропищал нарисовавшийся вождь. – Время к вечеру. До ночи надо выйти к одному удобному месту. Мои фили уже в пути.

Подняв носилки, мы вчетвером – Джексона решили к переноске не привлекать – аккуратно потащили стонущего время от времени Кракла. Распределённый на всех вес ноши не напрягал, шагалось легко. За часа полтора всего раз останавливались на короткую передышку и раз десять меняли руки. Может, Грай поторопился с выводами? Подождать денька три, чтобы Червь хоть немного восстановился, и идти потихонечку. Сильные, справимся.

– Да… Теперь ползти будем сонными слизнями.

Похоже, Ферц сейчас думал примерно о том же.

– Первая же атака случайного секта – и у Кракла разойдётся рана, – хмуро сообщил Грай.

– Почему это? – не понял Джи.

– Потому что ты носилки уронишь.

– По двое можно нести. И меняться.

– А, если Рой?

На это уже Ферц не нашёл, что ответить. Как и я в своём мысленном диалоге с самим собой. Дикий всё же прав – с раненым дальше идти без вариантов. Но что же тогда – сцуко – делать? Ответа у меня пока не было.

* * *