– Тола мягкая.

– Это не повод укладываться на неё.

Наглая ложь! Сам бы улёгся с превеликим удовольствием. Кто бы только разрешил. А вот фили Тола не прогнала. Утром застал их в обнимочку. Словно девочка с куклой заснула – прижала к себе, щёку в волосы. Идиллия бля!

В общем, несмотря на угрозы и уговоры, отучить Мили забираться во сне на людей у меня так и не получилось. Спасибо, что мелкая хотя бы ограничилась Толой и мной. Попытайся она ночью залезть на того же Джексона, не знаю, как бы я отреагировал. Чёртов брак! Вроде как и фиктивный, а по отношению к фили разбудил во мне чувство собственности.

С Толой, кстати, моя жёнушка спелась мгновенно. Вечно жалась к ней на привалах, любила проехаться на плече, пошушукаться о женском вполголоса. Бывало, слыша их смех, я ловил на себе хитрые взгляды девчонок. Не хочется даже строить теории о чём они там говорят. Лими – просто проводник, просто новый член отряда. Она просто делает своё дело и делает хорошо. За все эти дни ни один крупный сект не подобрался к нам незамеченным. Фили загодя предупреждала об опасности, и мы либо обходили стороной нехорошее место, либо врубали огнемёт, когда разминуться с угрозой не получалось.

Но вот на шестой день похода сработал тот самый закон мироздания, который гласил, что всё тайное рано или поздно становится явным. Причина заставившая вождя сплавить внучку залётному могучему колдуну оказалась довольно простой. Я бы даже сказал: очень жизненной и в переносе на фили даже отчасти забавной. Только вот негативная сторона порока девчонки несомненно перевешивала единственный плюс, к которому можно было с натяжкой отнести общую комичность происходящего.

Вскрылось оно случайно. Очередным утром фили как всегда убежала вперёд. Теперь, либо мы её не увидим до обеденного привала, либо она вернётся, чтобы предупредить о той, или иной опасности. Третьего не дано. Но это мы раньше так думали. Оказывается, есть ещё вариант – догнать нашу разведчицу.

Лимисипиль обнаружилась сидящей на неком алом цветке, напоминающем обычную маргаритку, вымахавшую до двух метров в диаметре.

– Отдыхаешь? – с подначкой бросил я ей. Мол, рановато уселась.

– Фирсиль найти, – каким-то странным голосом, в котором одновременно слышались печаль и радость, сообщила девушка.

– И что? – пожал я плечами. – Нашла, молодец. Пошли дальше.

– Не пойти, – неожиданно выдала жёнушка. Причём зло и решительно.

– Бунт на корабле, – хмыкнул Джексон. – Включай босса, бро.

– В смысле, не пойду? – нахмурился я.

– Пока сок не выпить, не идти. Завтра.

– А ну быстро слезай! – надоело мне это дурацкое представление.

– Отстань, мус. Идти завтра. Пока-пока.

И, помахав мне маленькой ручкой, фили втянула наверх ноги и исчезла в глубине цветка.

– Лими, девочка моя, хватит дурить, – на удивление ласковым, не свойственным себе голосом попросила Тола невидимую собеседницу. – Спускайся. Нам идти надо.

– Тола, ко мне залезать, – откликнулась мелкая жучка, высунув глазастую мордочку между лепестков. – Вместе сок пить. Тебе нравиться.

Кажется, я начал понимать, что тут происходит. Цветочный нектар! Походу, в нём присутствует градус. Лими же явно пьяна.

– Быстро вниз! Это приказ!

Кричал, уж зная, что толку не будет, но хотелось окончательно убедиться.

– Пока-пока, мус.

Это было уже слишком. Врубив шурс, я взлетел на цветок по стеблю. Какой бы быстрой не была фили, на ускорении я быстрее. Тупо сцапал за талию, как великан свою жертву, и прыгнул вместе с ней вниз, благо высоты там было всего метров шесть.

Море писка, несколько на удивление сильных пинков и укус за предплечье. В принципе, оно того стоило. Аккуратно скрутив брыкающуюся пьяную куклу, я легко доказал, что муж в нашей семье главный. Угрозы и уговоры ожидаемо результата не дали. Пришлось при помощи Толы и Грая связать буйную фили ремнём и нести часа три пока хмель не выветрился.

Причём, определить, что её отпустило, помогла сама Лими. В какой-то момент девчонка перестала свистеть и брыкаться. Ещё через час попросила её развязать и даже принесла извинения. Последовавший далее серьёзный разговор подтвердил, что у девушки проблемы с алкашкой. Оказывается её дед был уже готов объявить алые цветы вне закона, когда пришёл Рой. Дарующий радость и расслабление нектар фирсилей для некоторых фили стал в последнее время настоящим бичом. Всё больше и больше молодежи безвозвратно спивалось. Вот и бессемейная Лимилипиль, задержавшаяся сверх меры в рядах не желающих взрослеть подростков, пристрастилась к запретному плоду.

Утром, моя жёнушка долго каялась и грозилась обходить проклятые цветы стороной, но всего через день история повторилась. В этот раз я не стал применять силу и играть в вытрезвитель. Попрощался с пьяной супругой, забравшейся на очередной алкогольный цветок и повёл отряд дальше. Понарошку, конечно. Без этой жучки нам, увы, не найти нужный хадж. Отошли на пол лиги и встали лагерем. Грай просился пойти проследить за любительницей нектара, но я не пустил. Целый день ждали, не дождались. Легли спать.