– Кто? – зарычал отец. Настолько мгновенно произошел переход от добродушного пожилого человека в зверя. – У кого язык лишний?

– Дима решил проверить мальчишку, Вика, то есть, ну и вызвал несколько «теней», – поморщился младший Булгаков. – Конечно, ничего у него не вышло, а вот Вик точно знает про кощуна.

– Болван! – словно выплюнул Глава. – Безмозглый щенок! Ну, я поговорю с Владимиром! Распустил своих детишек! Советовал я ему держать Димку в узде, потому как парень вспыльчивый, обидчивый и легко в драку лезет! Кровь высокородного, видите ли, кипит от негодования! Я ему….

Отец захлебнулся от злости и замолчал, бешено вращая глазами. Ивану было неловко подставлять брата, но он сам виноват, что Димку не порет. Не будет же он всю жизнь держать парня на привязи! Детям нужно образование, а для этого придется покинуть родную усадьбу! И кто знает, как все обернется, если Дар кощуна станет известен врагам или императору? Да все! Конец Булгаковым! За некроманта клан огню предадут! Нет, лучше сейчас пресечь глупости, чем потом расплачиваться жизнью детей и жен.

– Все, Ваня, ступай, – махнул рукой отец, разом постарев на десяток лет. Куда делись его лоск и напыщенность? Усталый человек пришел к тем же мыслям, что и сын. А мысли эти заставляют по-другому взглянуть на семью. – На тебе Волховский, не забывай. Пока не могу понять, какого ума сей отрок. Надеюсь, не станет дурью маяться. Светлану когда возвращать думаешь? Подарок ей от меня за Волховского будет.

– Серьезно? – засмеялся Иван.

– А ты как думал? Если бы не она, мальчишка в императорский клан уплыл бы. Или к Мамоновым мог вернуться.

После инцидента с Димой-кощуном возле гаражного бокса Артем притих и больше не показывал своего высокомерия. Подозреваю, с ним очень «хорошо» поговорил отец, да и мама – Людмила Ефимовна – приложила руку. Я не хотел, чтобы Артем думал обо мне как о стукаче. Нахально прижав его в дальнем углу дома, пояснил, что не говорил Ивану Олеговичу про курение. Он сам каким-то образом узнал про это или кто-то другой нашептал. Парень, не ожидавший от меня такого нахальства, только глазами хлопал, пока я внушал ему, как нехорошо думать о людях самое плохое. В общем, расстались если и не довольные друг другом, но одно недоразумение я со своего пути убрал.

Про самого Диму я слышал мельком, что за него очень неприятно пострадал дядя Вова – средний брат Ивана Олеговича. Дмитрия я не видел до самой школы.

А вот мелкие старались пакостить самым коварным способом. Непостижимо каким образом выяснив, что магия напрямую не причиняет мне абсолютно никакого вреда, перешли к военным действиям иного плана. Например, нагреют до состояния кипятка холодную воду, поступающую в ванную комнату, от которой я дважды получал неприятные ожоги. Не смертельно, но кожа краснела до состояния зуда. Это ведь уже не магическое воздействие на тело, а обычная физика. Или запускали в мою спальню пойманного в лесу ежа, чтобы он своим топотом не давал спать. Подозреваю, что умысел был в другом. Мелкие паразиты надеялись, что я наступлю босой ногой на иголки и буду орать как резаный. Или классика: подкинуть полоза в постель. Ну, с этим фокусом я был знаком, и после душа с кипятком очень тщательно проверял комнату и кровать. Я бы, например, пустил ужика в канализацию, чтобы он внезапно всплыл в унитазе. Вот где реву было бы! Но нельзя предугадать, в каком санузле змейка выскочит и кого напугает. Чревато для собственного здоровья.

Было весело. Мы изощрялись в пакостях друг к другу как могли, особо не привлекая внимания взрослых. Артем, кажется, нам завидовал. Каждый раз, оказываясь за общим столом, он надувался как хомяк и зло смотрел в мою сторону.

А за несколько дней до начала учебных занятий приехала Света. Вернее, ее привезли люди из охраны Ивана Олеговича. Загоревшая за те две недели, что мы не виделись, с облезшей кожей на носу, выбеленные на солнце волосы – моя «сестра» с визгом повисла на шее матери, потом проделала то же самое с отцом, долго болтая длинными ногами в воздухе, пощипала Ромку с Ленкой, сдержанно обнялась с Артемом, который смутился от таких проявлений чувств, потому что рядом находился я.

– Привет! – Света с улыбкой помахала мне ладошкой. – А ты похудел!

Не знаю, не знаю. Комплимент, конечно, здорово меня обрадовал, но я-то каждый день себя в зеркало вижу. С лица немножко спал, это точно. Кочет загонял меня на полигоне до полусмерти. А вот в остальном не стал бы делать таких скоропалительных выводов.

Школа, а точнее – гимназия, в которой мне предстояло учиться, находилась в районе Военного поля, застроенного сейчас современными домами для состоятельных дворян, неподалеку от Ходынки. Это была элитная академическая гимназия, в которой обучались дети аристократов, их свитские и дети вассальных им родов. Как мне пояснила Света, кроме Булгаковых здесь можно было встретить молодежь из родов Ушаковых, Измайловых, Плещеевых, Дементьевых, Гусаровых. Часть из них были лояльны Булгаковым, составляя родовой союз, многие дружили между собой.

До гимназии ребят довозила охрана или на собственных автомобилях, или на специально выделенном для таких целей большом автобусе с гербом Булгаковых на лакированном темно-вишневом боку. Честно сказать, мне понравился автобус своим мягким ходом, шикарными креслами, обтянутыми бархатными красными креслами, большими чистыми окнами, кондиционером, тонкими светло-зелеными шторами, через которые можно смотреть наружу, не отдергивая их в сторону.

– Вы все время на нем ездите? – поинтересовался я у Светы, сидевшей рядом. По случаю первого дня учебы она была выряжена в темно-синее платье с нарядным белоснежным фартуком, а на голове болтался тяжелый пышный красный бант. Мне же специально сшили костюм такого же цвета с шевроном гимназии на левом рукаве. Белая рубашка чуть-чуть давила на шею, и черный галстук-бабочка казался мне чужеродной вещью в гардеробе.

– Можно было и на машине, – пояснила девочка, – но у папы не всегда находится возможность нам ее предоставить. Так что придется на автобусе.

– Отлично, – расплылся я в улыбке. – Мне нравится.

– Да? – подозрительно поглядела на меня Света. – А вот Артем, как только перешел в старший класс, сразу же пересел к Димке в машину. Их телохранители возят. Так-то у Димки есть свой двухместный «скиф». Спортивная модель. Но дядя Вова запрещает ездить на нем на учебу.

– Я не пересяду, – уверил я Свету. – Буду с тобой ездить.