– Есть мысли? – не отрывая от меня ледяного взгляда, спросил Булгаков-Глава.

– Мальчишка еще нервничает, боится летящих в него магоформ, – признался учитель, – не подозревая, что, оставаясь даже неподвижным, с ним ничего не произойдет. Аура абсолютна белая, противодействие чарам на высоком уровне.

– Я понял, – хмыкнул князь. – Может, привлечем к делу хореографа? Пусть поставит ему пластику, чтобы впечатляла несведущих.

Иван Олегович засмеялся.

– Отец, ты серьезно? Зачем Разрушителю пластика? Давай и танцам научим! Да ему просто хватит рукой махнуть – всю магию отключит!

– Надо будет – и танцевать будет, – со странной интонацией в голосе произнес князь Булгаков. Словно лед подтаял и заструился весенней капелью.

Не хочу танцевать! Я же не балерина, в конце концов! Я – Разрушитель! Встану, руки в боки, плюну на врага и засмеюсь ему в лицо! Зачем мне танцы?!

– Пожалуй, поговорю с Самсоном Яковлевичем, – князь оживился. Что ему в голову пришло, черт возьми!? – Ну-ка, парень, махни рукой, как будто строишь защиту!

Я неуклюже выставил перед собой руки с растопыренными ладонями и провел ими из стороны в сторону. Глава поморщился.

– Как будто корова раскорячилась на льду, – сказал он. – У Булгаковых все должно быть на уровне. Ладно, это не столь важно сейчас. Занятия продолжать. Нужно вытащить мальчишку на максимальный уровень. Сколько ему лет?

– Тринадцать, отец, – подсказал Иван Олегович.

– Пойдет в Щукинскую гимназию, – решительно произнес князь. – Пусть будет на виду, постарается сдружиться с нашими детьми и другими волчатами. В случае конфликтов мы сможем сразу загасить ненужные разговоры о Разрушителе. Заодно и отточит свою технику. Там же есть школьный полигон? Вот, пусть там дуэли проводит, если приспичит. Оттачивает свою технику, а заодно и голову морочит противникам.

– Дуэли? – ошарашенно спросил опекун. – Вик – не дворянин! Точнее, мы вообще не знаем, какая в нем кровь течет! А в гимназии бояричи учатся!

– Пустишь слух, что Волховский из обедневшего дворянского рода. Придумаешь, не впервой. Кочет, персонально для тебя задание: следить за мальчишкой, за его магическим развитием. Есть подозрение, что к шестнадцати годам может поменяться структура ауры и ее защитные функции. Не проворонь этот момент.

– Слушаюсь, княже, – наклонил голову Кочет.

– Что еще? – Булгаков наморщил лоб. – Учебу само собой, никто не отменял. Учись парень, не ленись. Если хочешь достигнуть успеха в нашем клане, нужно прыгнуть выше своей головы. Пожелания будут?

Кочет коротко тыкнул меня под лопатку. А я обалдел от всего услышанного. Дуэли, учеба, танцы! Куда я попал? Хотя с дуэлями мне беспокоится нечего, если они проходят с магическим оружием.

– Опять молчит, – угрожающе проговорил Глава, отчего вокруг его колец засверкали искорки.

– А научиться управлять ППД можно? – ни с того ни с сего ляпнул я.

– Зачем тебе ППД? – засмеялся Иван Олегович, пока его отец удивленно воззрился на меня. – Он же управляется с помощью магических законов!

Ой, вот это облом! Жестокий и болезненный облом! Без магии «боевой скелет» абсолютно безнадежен! И буду я в нем похож на нелепое создание, забранное в мертвый каркас! Обсмеют сразу же! Как же забыл про такую важную проблему?

– Можно создать механический образец, – осторожно проговорил Кочет, почувствовав мое разочарование. – Кобылкин же работал над таким несколько лет, потом забросил в виду бесперспективности.

Олег Семенович задумчиво потирал гладко выбритый подбородок, а сам пристально изучал странную и нахальную букашку, захотевшую приобщиться к высокотехнологическим военным разработкам.

– Я подумаю, – наконец, вынес он свое решение. – В конце концов тут возникают интересные коллизии. Юра, бери мальца и ступайте на улицу.

Не переча князю, Кочет слегка поклонился и вывел меня из кабинета, оставив отца и сына наедине.

– Что скажешь, Ваня? – откинувшись на высокую спинку кресла, поинтересовался прошедшей встречей Глава. – Можно делать ставку на этого мальчишку?

– В природе не так много Разрушителей, – усмехнулся Иван Олегович. – Перспектива чувствуется. Кочет за год подтянет технику, и тогда можно из Волховского лепить все, что угодно.

– Ты выяснил, чей он сын? – голос князя стал резким и жестким, требующим немедленного ответа, и не абы какого, а точно выверенного. Иван прекрасно знал своего отца.

– Нет, – признался Булгаков-младший. – Но его по каким-то причинам разыскивают Мамоновы. Согласись, при всей странности появления у Викентия Дара антимага нельзя отрицать факт его принадлежности к роду золотопромышленников. Скорее всего – я не утверждаю, а даю только версию – мальчишка является сыном Георгия Мамонова. Не может появиться у мирян такой уникум. Здесь порода чувствуется.