Уже третью неделю встречаемся, еще ни разу даже не поругались. В универе, кажется, начинают привыкать, что мы и правда вместе. Ставки на то, что мы очень быстро расстанемся, не сработали — кто-то упорный продолжает пытаться сделать на нас деньги, но я больше не реагирую. Лишь Солдатенкова время от времени рассказывает новости, я в чат Таньки не захожу принципиально. Да и некогда, сессия скоро. Хотя с клоуном мне сдавать ее будет намного проще, чем остальным. Даже латынь больше не страшна.

Посматриваю на время — надо еще испанский и языкознание успеть сделать, иначе в кино не успеем. Идем вместе с Солдатенковой и новым соседом Яноша по общаге. Типа двойного свидания. Посмотрим, что из этого выйдет.

Разумовский задерживается, уже час сидит у своего куратора, отвечающего за учебу иностранных студентов. О чем можно столько времени разговаривать?!

Два раза прошла по коридору туда и обратно, а потом ноги сами повели к кабинету Вероники Ивановны — может, Яноша пора уже спасать?!

Я слышу его голос, не дойдя один поворот до нужной мне двери, — Разумовский с кем-то по телефону напряженно разговаривает. Ругается явно, в выражениях совсем не стесняется. Ему по боку, что тут как бы администрация сидит. Подхожу чуть ближе, но Янош сразу же замечает меня и прекращает разговор, обрывает на полуслове. Просто нажимает на отбой, даже не попрощавшись.

— Что-то не так? — спрашиваю.

Не собираюсь делать вид, будто ничего не замечаю. Дело не в ревности, просто не понимаю: чего скрывает-то?

— Все так! — Лениво улыбается и обнимает, закинув руку на плечо. — Так, маленькие хлопоты. Ну что, Солдатенкова готова? Хочу посмотреть, как она на итальянском будет болтать!

— Итальянском? — От меня не ускользнул перевод стрелок на Аринку, неприятно цепануло в душе. — Ты говорил, Антонио испанец!

— Перепутал! — Радостно пожимает плечами, и я мысленно возвращаюсь на несколько месяцев назад: клоун не меняется, лишь бы стебануть кого.

Но я видела мельком этого Марио: Арина ради такого красавчика китайский выучит и не поморщится.

— Надо успеть сделать домашку, если хочешь посмотреть кино. Испанский и языкознание. Андрияш точно будет? Мне понравился его семинар по скайпу.

— Будет, конечно. Он официально здоров, только в больнице все равно пропадает.

— Это из-за Лады, да? Мне Вася рассказала. Такой ужас, жалко ее. Она же такая молодая!

Янош молча кивает, но я вижу, что мысли его не со мной. Наверняка думает о том разговоре, который я случайно прервала. Ненавижу тайны!

— Разумовский?

— М?

— Ничего рассказать мне не хочешь?

— О чем?

Чувствую себя ревнивой дурой, но все равно продолжаю:

— Я помешала твоему разговору, прости, но ты сейчас сам не свой.

— Я? Да отлично все, Заноза. Пошли делать языкознание с испанским. Не парься.

Молчу, хотя внутри все неприятно сжалось: у меня нет от Яноша никаких секретов, а у него есть, значит?

С трудом, но все-таки не возвращаюсь больше к этой теме. Честно делаю задания, даже немного увлекаюсь. Все-таки клоун прирожденный педагог, мало кто из преподов так доходчиво разъясняет.

Ведет себя как обычно, может, мне показалось самой? И я просто ревнивая неуверенная в себе дурочка? Нет, не показалось!

Когда подходим к кинотеатру, Солдатенкова уже на месте, а вот нового соседа Яноша не видно. Клоун вытаскивает мобильный.

— Слушай, а как вы с ним общаетесь, если он итальянец? Ты же не знаешь итальянского!

— Нормально общаемся. Я ему по-испански, а он мне на итальянском. Поверь, все поймешь. Привет, Солдатенкова.

Та лишь кивает. Лицо бледное, расстроенное. Вижу, что не по себе девчонке. Волнуется из-за свидания? Так это, скорее, просто дружеская встреча.

— Арин? Случилась чего? — тихо спрашиваю, пока Янош пытается дозвониться своему соседу.

— Да, кошмар! Ты видела, что девчонки с юрфака постят? Страшно уже учиться!

— Чего? — Недоуменно листаю ленту в ВК. — Чисто вроде все!

— Преподавателя убили! Смотри!

Она сует мне под нос свой телефон, я от неожиданности даже отпрянуть не успела — взгляд вцепился в знакомое лицо. Вполне себе живое и очень довольное.

— Кого? Его?

Янош быстро отбирает телефон у Аринки, я вижу, как его глаза расширяются от удивления.