– То на людях! – отмахнулся он. – А здесь все свои! Так какой же муж…

– Володя, а ты недогадливый, – отметила женщина.

Она задумчиво покачала стакан с шампанским, отхлебнула, как чай, и скептически скривилась:

– Да, мой повелитель, я согласна.

– Угу. Так. Ну, а с Сашкой я давно договорился…

– Я, наверно, пойду, – пробормотала Мила. – Что-то подсказывает мне, что следующая буду я.

– А тебе это надо? – тут же заинтересовался Володя.

– Я маленькая еще! – открестилась она поспешно.

Да ну?! А вот видел я тебя в скверике с одним…

– Это не считается! – сказала девочка, покраснев. – Ошибка юности!

Акробатка поерзала, устраиваясь поудобнее – и внезапно хихикнула.

– Я тут подумала! – сообщила она жизнерадостно. – Получается, мне тоже муж нужен – и опять не в том качестве, как Серый! У меня, чтоб вы знали, папахен с мамахен шкафы пилят, полный дурдом, а не жизнь! И вроде как мамахен к родителям вернется и меня увезет. А не хотелось бы! У меня же здесь реальное будущее нарисовалось, заработок, если по сегодняшнему судить, очень даже устраивает! Не подскажете, нигде случайно муж не завалялся с квартирой? Чтоб было где пожить до конца школы? Мне бы пожить, остальное нафиг не требуется, я же еще маленькая!

– Можно бы у меня, – неуверенно предложила Нинель Сергеевна. – Но…

– Нет, я что-то не понял! – подал голос забытый всеми Сергей. – Ну и какой толк от твоего гарема?

– А какой тебе еще толк нужен? – недоуменно спросил Володя. – Они мои жены. И они все согласны, что жены, ты же слышал. Ну и… вот.

Юный бандит уставился на женщин. Нинель Сергеевна непроницаемо улыбалась, Олеся наивно хлопала глазами.

– Потешаетесь, да? – обиделся он.

– Знаешь что? – деловито сказала Мила. – Пиши и меня туда же! Я тут подумала: если Нинель Сергеевна жена, а я у нее буду жить, так заодно и я бы… а?

– Да ну его, действительно, этот секс! – вздохнул Серый. – Весь мир – девачки! Так какое будущее нас ждет? Ты что-то начал говорить, да на женские глупости отвлеклись.

– Информационное, – мрачно сказал Володя. – А это, я тебе скажу, пострашнее фашизма. Сначала-то, понятно, мы ничего не заметим. А потом – раз! – случится что-то, и останутся люди один на один со всем миром. Вот тут и выплывут в хозяева жизни всякие мелкие типусы, бандитики да воры, да жулики – потому что они-то и окажутся самыми готовыми к переделам и беспределам. Да еще вот мы с вами. Если удержим театр на плаву, такие зубы нарастим – бандиты и рядом не стояли! М-да. Потом выяснится, что существуют законы мироздания, и лучше бы их не нарушать, и всякие типусы сойдут на нет. Но жить хочется красиво все равно! И полезут всякие во власть! И чтоб больше от шушеры не зависеть, как поначалу, станут окружать себя полицией и заборами. Больше полиции! Еще больше! Полмира в охрану! Мы-то живем в многообразном мире. Но это пока что. Скоро он двухцветным станет. С одной стороны – власть, господари, окруженные стеной полиции. С другой – белхалаш, рабочие… скорее даже, не рабочие, а, скажем так, производственники. Две силы, третьей не дано. Расслоение будет страшное. Господари, у которых все. И белхало, вкалывающие иногда и за еду. Тут еще некстати выяснится, что активное использование контрацептивов уничтожает материнский инстинкт уже в третьем-пятом поколении. И не усмехайтесь недоверчиво, мои милые женщины, а вспомните фабричных несушек, которые цыплят высиживать, как известно, не могут. Не хочется им уже! Инкубатор им подавай. А люди посложней цыплят! Человека мама должна воспитывать! И будет вынуждена власть принять политику бесконтрольной рождаемости, а это, я вам скажу, надо увидеть, чтоб понять… Люди, люди везде! Готовы работать за любую зарплату! Готовы жить по десятеро в комнате! Лишь бы жить! А на улицах полиция стреляет без стеснения. И войны тут и там. Народу много, не жалко! Ты вот, мой друг Серый, опять прикидываешь, а как там насчет секса. Ты лучше подумай, как там насчет преступности! Информационное общество! Везде камеры, датчики, спутники с орбиты смотрят! Тебе есть нечего, ты кого-то поставил на нож – и вот уже бежишь в ужасе, а в спину стреляет полиция, и засада впереди, потому что тебя видят! Видят все! В каждой машине – блок контроля! Схватился за кредитку – начеку генный сканер! Пнул дверь – и охрана морду сняла тут же! И правосудие простое и понятное. Все же видно! Темных углов нет! Сквозь стены – просвечивают! Сделал не то движение – и вот уже сидишь в цеху на принудительных работах, производишь очень дешевую продукцию и тем, кстати, вынуждаешь наемных рабочих вкалывать за социальный минимум!

– Не дождутся! – пробурчал впечатленный бандит. – Мне работать в падлу.

– Да пожалуйста! На твое место рабочие найдутся! А на тебя сразу – еще преступление! Отказ от принудительного труда, высшая мера! Я же говорил, нас ждет мир контрастов! Или сюда – или на тот свет! Вот так-то, друзья мои. И горе тому миру, где белхало разобщены. С голоду помрут. А потом и мир кончится, ибо есть законы мироздания, которые лучше не нарушать. Ну, мы-то с вами удержимся. Пока мы вместе, нас не взять! А вместе мы будем, только если не станем забывать, что законы мироздания все же есть.

Он вздохнул и оглядел компанию. Ага, впечатлились!

– Мы разные очень, – пояснил он. – Вот Серый – бандит, Олеся – актриса, я… вот кто я, по-вашему?

– Убийца, – одновременно пробормотали женщины.

– Пусть так, – смутился он. – Тем более что правда в каком-то смысле… М-да. Так вот, чтоб нам удержаться вместе, придется соблюдать несложные законы. Законы мироздания – они, как правило, несложные… да вы их знаете наверняка!

Он недоверчиво вгляделся в лица.

– Вот Яса, – намекнул он. – Знаете закон степей? М-да, тяжелый случай… Ну хорошо! Я напомню, что из школьного курса известно. А по ходу жизни и подробно услышите, да с комментариями и примерами. Кто не дал приют путнику в степи, тому смерть – это хотя бы знаете? Угу, откуда бы… там, кстати, все такое: кто взял чужое имущество – смерть, кто покусился на жену воина, ушедшего в поход – смерть мучительная!

Серый подумал, покосился на Олесю и убрал руку с ее талии.

– … женщина без оружия – женщина, с оружием – мужчина, – пробормотал Володя. – Это вообще-то для того, чтоб кое-кто в мужские дела не лез командовать, а то огребет по мужскому нормативу – но все равно полезно. О, вот еще обязательно скажу: не расплатившийся с наемным работником ввечеру есть вор! За этот закон мы Арктур на дыбы подняли! Ну, а то, что нас касается напрямую и в первую очередь: побратимам не лгут! И вообще говорят: «Ты – жизнь отдашь за меня, я – жизнь за тебя отдам!»

Все же Серый был очень умным бандитом. Когда не мучился влечением, конечно. Вот и здесь: посидел, поразмышлял – и сразу нашел слабое место.

– Благие пожелания, – высказался парень. – Красивые песни. Уж очень это все строго. Как у монахов. Подчиняться никто не станет. И не сможет. Потому что денежной отдачи не видно. Я так думаю.

Володя встал и с удовольствием потянулся. М-да, засиделись.

– Не думай, что монголы жестокие, чуть что, и сразу смерть, – заметил он. – У них ведь и ссылка своя была. В Западной Сибири, среди племен рыболовов, если кто не в курсе. Просто с законами мироздания иначе не получается. Если их нарушаешь – миру конец. И если мы не встанем к плечу плечо, если других не обучим, не вдохновим, не поведем за собой – и этому миру конец. Белхалаш только вместе выжить могут, такие дела. И если кто из побратимов нарушит закон…