– А всех как исправить? – вдруг с любопытством спросил кто-то из гномов за спиной. – Что, есть такое средство?

Видимо, его страстная речь задела какието струнки и в гномьих сердцах. И заставила задуматься кое о чем.

– Да есть средство, конечно! – пожал плечами он. – Вот сложу курган из голов почитателей зверства! А остальные сразу исправятся.

– Как так сложишь? – осторожно уточнил джаабек. – Ты кто?

Это был своевременный вопрос! Но – опасный! Он подумал, что бы ответить – и решил, что правда подходит лучше всего.

– Человек, – сказал он надменно. – Прежде всего я человек! Берьх из последней крепи Кыррабалты! Но вы…

Конь, почуяв злобу всадника, крутнулся и поднялся на дыбы.

– Вы можете звать меня Имангали! – гаркнул он оглушительно. – Я – Имангали Черный Аркан, судия степей, вечный воин справедливости!

– Аркана не было! – неуверенно возразил джаабек.

– Уже есть! – хищно улыбнулся он всем.

– Молчи уж, Джуманча, жирный ишак! – звонко добавила из-за спины Ясная Луна. – А то мой муж всех убьет!

Он обернулся и одобрительно кивнул. Все же у этой девойки были задатки настоящей жены!

– Ну, а теперь, когда все познакомились, не мог бы кто-нибудь объяснить, где наши упряжные кони? – безмятежно поинтересовался Бородатый Верблюд.

Володя П.- откровения в кладовке

Отгремела бешеными барабанами премьера. Отпрыгались за кулисами, откричались, отрадовались, что все остались живы и в основном целы. Уже поделили выручку и разогнали счастливых музыкантов по домам. Уже ночь наступила давно, а они все сидели тесной компанией в складе реквизита. Там было пыльно, грязно и неуютно. В их распоряжении были почти что целых два дивана, какие-то тумбы и уляпанный красками стол, а на нем бутылка шампанского. Впрочем, не пили, потому что после премьеры выхлестали невероятное количество газировки, и больше внутрь не лезло. Разве что Нинель Сергеевна крутила рассеянно стакан, по неистребимой учительской привычке просматривая какую-то тетрадь.

– А почему не в школе? – недовольно спросил Серый и как бы невзначай положил руку на плечи Олесе. – Меня бы ваш актовый зал устроил. Там банкеток полно.

– Действительно, Володя, почему здесь? – возбудилась девушка и сбросила назойливую руку.

Как выглядят такие приставания и чем заканчиваются, она теоретически знала в нескольких вариантах – и ни один ее не воодушевил. А вот Серый этого не понял – и снова положил руку куда не следовало. Обычно юный бандит был очень внимателен и понятлив – но то днем. Ночью же, особенно после потрясений и из-за усталости, психика человеческая частенько давала сбои. И поднималось из подсознательных глубин такое… очень даже откровенное! Не зря в театрах любят ночные репетиции. Понятно, что это не в последнюю очередь удобная возможность для женатых добавить переживаний в личную жизнь. Но не только. Проникновение в роль на ночных репетициях случается просто фантастическое! Вова П. в силу специфики основной профессии уязвимые места психики знал и использовал не стесняясь. И теперь наблюдал результат. Влечение к хорошенькой учительнице вырвалось ночью у юного бандита из-под контроля, вот и тянулись руки куда ни попадя. А ведь Олеся после известного случая и днем не совсем нормальна. А ночью тем более может что-нибудь ляпнуть очень прямолинейно! А разгребать ему. Проверить, что ли, на месте ли дротики, легко ли выхватываются…

– Вообще-то нам в школе не место, – хмуро сказал Володя. – Нам здесь место. В театре, в грязной кладовке.

– Не понял…

– Школа – храм знаний, – категорически заявил он. – А с театром вместе обязательно идут и пустые бутылки после репетиций, и ночные посиделки с интересными последствиями. Это – факт. Вот посмотри на себя.

Олеся осторожно поерзала, а потом убрала настойчивую руку с талии. Сейчас прольется чья-то кровь… но девушка промолчала. Зато пробило на откровения обычно очень сдержанного Серого. Видимо – накопилось, да еще и ночь.

– Да никаких последствий! – брякнул в сердцах парень. – Что на меня смотреть? Вот на нее посмотри! Ей же ничего не надо!

– Ух ты, здорово! – восхитилась под боком у Володи Мила-акробатка. – А я уж уходить собралась, скучно – но теперь не выгоните! Сейчас прольется чья-то кровь!

– Олеся! – серьезно и спокойно спросил парень. – Почему тебе ничего не надо?

– Ну можешь ты мне просто не нравиться? – попыталась вывернуться девушка.

Юный бандит насмешливо улыбнулся, и она сбилась.

– Я высокий, говорят, что красивый, – отметил он. – Я сильный и не дам тебя в обиду. И ты мне нравишься. Очень. И чего еще тебе надо?

– Сережа, но я же старше…

– У Вована на шее висеть – возраст не смущает? – едко осведомился юный бандит. – Ему-то сколько?

– Кстати о возрасте, – рассеянно сказала Нинель Сергеевна. – Я тут случайно заглянула в один классный журнал. Володе шестнадцать. Он, оказывается, с третьей попытки первый класс закончил. Вот такие чудеса у лучшего ученика школы.

– Ух ты, здорово! – подпрыгнула на диване Мила-поэтесса. – А чего по журналам лазим? Личный интерес?

Олеся подобрала ноги и съежилась на диване, маленькая и несчастная.

– Но тебе же только одного надо! – жалобно сказала она.

– И что?! – взорвался разозленный Сергей. – Да, надо! А тебе нет? Но почему?! Ты и я – мы же оба люди! У нас что, законы физиологии для женщин отдельно писаны?!

– Я читала, что да, – тихонько возразила девушка. – Мы от животных произошли, а у них самки только в определенный период… это… а самцы постоянно… вот из-за этого нам сейчас всем плохо.