Шрифт:
Асиа томно вытянулась у костра. Матери всех кланов тоже досталось забот сверх меры, но она почему-то и приодеться не забыла попрозрачней, и улыбалась мечтательно весь день. И сейчас с чего-то не могла успокоиться и заняться тем, для чего сюда приехали – засадной службой. Тоже зудит? Ну да, зудит. Только в другом месте! Кое-что его опыт позволял различать безошибочно. Влюбилась девочка. Вон как глаза блестят! И не чувствует, что на линии удара лежит! Блин. Зарекался же иметь дело с женщинами…
У соседнего костра тихо переговаривались степняки. Вообще-то конники Туолам должны были сидеть в засаде на вероятном пути прохода диверсионных групп – но кто бы из них чего понимал в мобильной войне? Вот и сидели как умели – то есть у костра в основном. Защитнички.
Он подумал и вынужденно признал, что несправедлив к степным воинам. Есть же пределы человеческой выносливости. Конников Туолам вырвало бурей переселения и бросило в совершенно непривычную деятельность. Вот и умотались бойцы до потери сознания. И по-хорошему их нельзя ставить не то что в дозор… да никуда нельзя ставить! Нельзя, да. Но больше некого. Люди войны держат Первую Ступень. Значит, всё остальное – им забота. Ну и как перекрыть периметр обороны степными конниками, не обученными лесной войне? Где вы, крепи Кыррабалты, в которых любой житель – воин? Пропали во тьме безвестности. И последняя крепь – просто деревня, где даже старшины не помнят, кто они такие.
– Эре, а почему здесь встали, не у Первой Ступени? – рассеянно спросила Асиа. – У Первой Ступени шатры, войско…
– Здесь диверсанты могут пройти, – неохотно ответил он. – Вот поэтому, я же говорил, ты чем слушала? Не остановим – будет вам веселье в шатрах. А ведь не остановим. Как все пути перекрыть? Здесь такие горы – хоть на танке катайся…
– Эре, мне нельзя погибать! – забеспокоилась Асиа. – Я только жить начинаю!
– Тебе с чего бояться? – вяло удивился он. – Подумаешь, убьют. Ты же бессмертная. Может, на Ожерелье Океании возродишься. На дансингах своих!
– Вот этого не знаю, – покачала она головой. – Творец как-то не сообщил, для чего в мире оставил. С-скотина… Чтоб на балах блистать? Раньше так и думала. А вдруг нет? Тебе-то хорошо. Воин справедливости – обязательный элемент мироздания, если законам твоим дурацким верить… А я? А тут и у меня шанс появился для великих свершений! Вот и боюсь.
Женщина сладко потянулась, с удовольствием красуясь перед ним ладным и гибким телом.
– Как думаешь, я смогу понравиться Хисту? – вдруг спросила она.
И уставилась вопросительно. Он не ответил. Что-то близилось.
– Так получилось, я пророчество знаю, – сказала неловко Асиа. – Принцесса пророчества – это не личность, а фигура места, верно? Кто станет Хисту супругой – та и принцесса. Вот я и подумала: а почему нет? Вдруг это и есть мое предназначение – стать королевой мира? Чем я хуже других? А Дребен – такой славный мальчик!
– Ты не дочь трех рас, – напомнил он.
Несчастный Хист. Принцессы пророчества разорвут полицейского на части.
– Ты уверен? – усмехнулась она. – А вот эльфы столько интересного про мое происхождение рассказали – не поверишь! И получается…
– Чтоб примкнуть к господарям, надо нарушить клятву побратимов, вот что получается в первую очередь, – заметил он. – Вас, таких принцесс, много. Будешь соперниц со свету сживать?
– Борьба за власть между своими – обычное дело! – пожала плечами женщина. – Почитай Люмера Царственного, там подробно изложено!
– Люмер Царственный описывал мир, против которого боролся, между прочим, – вздохнул он. – Но с тех пор на Жери утвердились Законы. И в том числе его трудами. Нарушишь клятву побратимов – огребешь сполна за предательство!
– Напридумывал ты законов! – досадливо поморщилась она. – В Безумных мирах про них не знают – и ничего, живут! И я проживу! Шанс возвеличиться упускать нельзя!
– Асиа, к бою, – тихо сказал он.
Женщина осеклась, свистнула степнякам и мягко протянула руку к сабле. Умная девочка, хор-рошая жена будет кому-то, пусть даже Хисту…
Его спас возраст. Ну кто станет тратить стрелу и драгоценное внимание на замухрышку-подростка, которого из-за камня не видно? За спиной свистнуло, забухали тяжелые шаги набегающих воинов, звякнула сталь… он пружиной подскочил, развернулся в воздухе – понеслось! Дротик, дротик, сабля! Блин, что ж их так много?!
Страшен ближний бой. Просто – страшен. Всего несколько мгновений прошло – и вот уже у костра степняков несколько тел, и нет живых…
Он пришел в себя и выбрался из кустов, куда его отбросило ударом сабли. Он, конечно, поставил защиту – а толку? Весу-то нет, вот и улетел. А диверсанты ушли – те, кого не достали его дротики. И ушли они в сторону крепи – где старшина, мастер боя ныне считается мастером-виноделом или мастером-мясником! Что ж… судьба деревни более не в его воле.
Асиа лежала, скрючившись, на траве и зажимала руками на животе жуткую рану. Он опустился рядом и осторожно посмотрел. Ой-йо… и как она не умерла до сих пор от болевого шока?