Лили.

Я смотрела на аккуратные пачки стодолларовых купюр на столе, вообще не понимая, что произошло.

На автопилоте я заехала к Мари и прослушала ее сбивчивые объяснения. Подчиненный ее отца вернул все деньги…

Пояснил этот жест тем, что за Самойлова уже договорился…его отец!

Я находилась в какой то прострации. Я продала машину за копейки. Как последняя влюбленная дура выдраила и отреставрировала нашу берлогу. Превратила место жилья в квартиру.

И теперь узнаю, что все зря…

— Отец Платона очень крутой мужик. Кто, не разглашали. Даже папа не в курсе. Действовали сверха. Говорят, сам мэр приказал. Теперь Самойлов должен исчезнуть. Не знаю, Лили, вернется ли он в вашу квартиру…

— Точно! — воскликнула я и, не прощаясь с Мари сорвалась галопом прочь из ее дома. Даже деньги забыла на столе.

Я добежала до первого таксиста. Задыхаясь, объяснила ему адрес нашей квартиры. Конечно, Платон сейчас вернется домой, а меня нет!

Я приплатила таксисту сверху за все нарушения, чтоб он лихо мчал и не сбавлял скорость на виражах. Сердце колотилось, будто его лупили дефибрилятором.

Я сейчас увижу Платона! Своего любимого фрика!

Ну держись, хитрый гад, нам предстоит серьезный разговор…только потом. Сначала я его затискаю и зацелую. А уж потом устрою допрос с пристрастием.

Перепрыгивая через две ступени я добежала до тамбура. Черт, я поменяла все двери и замки… Если он приезжал, то не смог бы попасть в квартиру.

Я вошла в пустое помещение.

Расплакалась уже на пороге. Рыдания прям душили.

Он ведь возвращался ко мне? Приезжал?

А что если нет…Вдруг Платон не вернется?

И что это за влиятельный папочка нарисовался на горизонте?!

Жесть! Раньше, узнав, что Самойлов богат, я бы ластилась как кошка к нему. А сейчас для меня эта информация резко стала неважной. Даже не так. Тягостной.

Мы не успели поговорить, когда его арестовали. Меня не пустили к нему на встречу в камеру.

Платон ускользал от меня. Его мистический образ просачивался сквозь пальцы.

Я ждала…

Все двери были настежь расткрыты, и я сидела на пороге в кресле. Когда затерпли ноги маяться в коридоре, я притащила из комнаты кресло.

Теперь я уже думала, может вытащить кровать ко входу. Я боялась его упустить.

Раздумывала над тем, что минуты неумолимо складывались в часы. И эти гребанные бесконечные часы копились в одиночестве…

Я дернулась и распахнула глаза.

— Лили, ты чего спишь в коридоре на кресле? — Лешка вошел в открытые двери.

Я пошевелилась, все тело затекло от неудобной позы. Попыталась встать. Потерла глаза кулаками.

— Где Платон? — спросила я своего друга.

Он лишь пожал плечами.

— Не знаю. На улице поговаривают, что Брэйн, как всегда, вышел сухим из воды и уже исчез из города. Ему дали всего год условно. Он среди беспредельщиков легенда, — глаза Лешки загорелись азартом и восторгом.

А я в шоке перебирала те крохи информации, что он мне выдал.

Платона отпустили. Это я узнала еще вчера от Мари. Но то, что он теперь скрывался и уехал, это уже горе…мое!

Я уронила лицо в ладони и снова громко разрыдалась. Так я не плакала даже когда в детстве колени разбила на тренировке. Я вообще то тогда отрабатывала стойку и упала со стула на плитку.

— Лили, что ты, не плачь, пожалуйста, — парень растерялся, обнял меня за плечи. Я начала истерить еще громче и надсаднее.

— Он… я…Ох! Не пришел…бросил меня саму…я ведь люблю…машину продала, чтоб помочь…он не вернется ко мне, Лешка, понимаешь?! Я для него дура. Развлечение…а я влюбилась…ох, как больно!

— Лили, так найди его сама. Вдруг он не может вырваться. Вдруг его отец не отпускает. Наказал за угон, отправил в ссылку. Он тебя тоже любит. Я видел.

Я шморгнула носом. А ведь и вправду. Вдруг Платон хотел приехать за мной, но не смог…

Я развернула детективную деятельность. Лешка сидел в моей квартире и ждал возвращение Платона с открытыми дверьми. Я уже проклинала, что затеяла этот ремонт и поменяла замки.