Шрифт:
– Сиди уж, – вздохнул Роланд. – Не могу же я прогнать королеву?
– Вот именно. Так что повежливей.
Они улыбнулись друг другу, а затем Кира положила голову ему на плечо и вскоре задремала. А Роланд долго еще сидел, вглядываясь в ночное небо.
Глава тридцать вторая
Дорога к Арку петляла меж холмов. Разведчики-неко ушли далеко вперед, иногда взбираясь на холмы и оглядывая окрестности. Особой нужды в этом не было – орда чудовищ и крестоносцы уничтожены, и угрожать путникам было просто некому. А обнаружить загодя хозяина последнего Осколка, как уверяла Кира – могущественного мага, неко вряд ли были способны.
Зарель, впрочем, считал, что расслабляться перед решающей битвой не стоит, и потому гонял своих неко в хвост и гриву. Роланд не возражал.
Карнелиец знал, чувствовал, что должен что-то делать, как-то готовиться ко встрече с неведомым чародеем. В первую очередь – научиться использовать Меч Господа, который наверняка все еще в нем, во вторую – как-нибудь нейтрализовать Рог. Но карнелиец даже не пытался что-то делать. Навалившаяся вчера апатия все еще властвовала над ним.
– А ты, Ральф, куда ты теперь?
Роланд поравнялся с инуром, под руку с которым шла Мара. Время от времени девушка срывалась с места, чтобы сорвать на обочине дороги понравившийся цветок, и тут же бежала обратно к инуру. Ральф улыбался.
– Мы возвращаемся в Змеиный Хвост, – сказал он. – Разыщу родственников из дальних поселений, а там будет видно.
– Мара будет с тобой?
– Я обещал не оставлять ее.
– Но как же... – карнелиец запнулся, покосившись на девушку. – Она ведь... А ты – не маг.
Инур пожал плечами.
– Думаю, это даже хорошо, что я не маг. Знаешь, – Ральф оглянулся на отбежавшую за очередным цветком Мару, – когда она творила магию, она менялась... И мне было страшно. Думаю, будет лучше, если мы вообще забудем про эту чертову магию.
Мара снова вернулась и сунула под нос инуру уже довольно большой букет.
– Красиво?
Ральф с шумом втянул воздух и улыбнулся.
– Просто чудо!
Роланд украдкой вздохнул и ускорил шаг.
– Карета? Здесь?
Роланд с удивлением вгляделся в лица разведчиков-неко. Перевел взгляд на холм, за которым, как утверждали они, и двигалась чья-то карета под охраной двух дюжин рыцарей.
– Карета с серебряным соколом на дверях, далийские мулы, – задумчиво повторил Зарель. – Далеко не каждый дворянин может себе такое позволить.
Роланд нахмурился, вспомнив где он видел похожую карету.
– Архиепископ Райнхард, – тихо сказал он.
– И всего две дюжины рыцарей? – скептически поджал губы Зарель. – Думаешь, он решил покончить жизнь самоубийством?
– Сейчас узнаем.
Карета, выехавшая из-за холма, была точной копией кареты, стоявшей во дворе Лирнского собора. Когда же она остановилась и из нее выбрался Райнхард, сопровождаемый отцом Дэйвом, Роланд уже не удивился.
– Ваше преосвященство! – глаза Селены влажно сверкнули.
Она сорвалась с места и чуть ли не бегом кинулась к Райнхарду. Рыцари угрожающе подались наперерез, но, повинуясь жесту архиепископа, расступились, и через мгновение Селена припала к руке Райнхарда.
Роланд отвернулся. Это было превыше его сил – видеть как Селена, обливаясь слезами, взахлеб рассказывает что-то Райнхарду. Хотя, если быть предельно честным, кто же если не Райнхард мог помочь им?
К тому же архиепископ и так уже помог. Ледяной панцирь, сковавший вчера душу Роланда, трещал и лопался по всем швам. Сердце колотилось как сумасшедшее, и Роланд отчетливо понял – будь на месте Райнхарда кто другой...
Карнелиец прикрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнул. В конце концов, уж кто-кто, а архиепископ меньше всего виноват в его личных проблемах.
Волна ярости пошла на спад, и Роланд вдруг ощутил кое-что – обострившееся за последнее время чутье едва не кричало об опасности.
Он недоуменно оглянулся, пытаясь понять, откуда исходит опасность, и в этот миг Зарель с силой сдавил ему локоть.
– Это он! – прошипел Зарель. – Бьюсь об заклад, он и есть тот самый последний носитель Осколка!
– Райнхард?
– Сам посуди, кто послал Селену в тот храм, где она якобы случайно сломала Печать? Кто дал свиток, в котором неизвестно что было написано? А кто послал ее собирать остальные? Да и сюда он на кой черт приперся? И почти без охраны...