Шрифт:
— Тебе плохо? Что ты тут делаешь?! — он боится даже прикоснуться к нему, настолько плохо Рён выглядит.
— Сбежал. — прошептал он.
— Помоги ему встать! — Нанико подбежала к двери и открыла ее.
— В смысле «сбежал»?! — бесполезно, он не может стоять на ногах.
Выругался, поднял его на руки и занес в квартиру. Не снимая обуви прошел в комнату и положил Рёна на смятую постель. Он всегда был таким крошечным? Черт, его в больнице вообще не кормили?!
— Этот гребаный день когда-нибудь закончится? — снял кроссовки и бросил их в коридор прямо из комнаты. — Ты как?
— Нормально. — Рён только шепчет, похоже, сил у него совсем нет.
— Как ты добрался из Третьего сюда? — он сел рядом.
— Долгая история. — глаза он не открывает. — Спать хочу.
— Может, сначала поешь?
— Нанико готовила?
Он понял, что жить Рён точно будет. Правда, не долго, если продолжит доводить себя до такого состояния.
— Сейчас разогрею суп. — Нанико кинулась к микроволновке.
— А лапши нет? — едва слышно спросил Рён. — Не могу больше есть супы.
— Еще и перебирать собрался? — Зисс усмехнулся. — Зачем ты сбежал? — он посерьезнел.
— Надоело. — он приоткрыл глаза. — Они держали меня в долбанной капсуле.
— После такой аварии — не удивительно. — заметила Нанико.
— Хочу просто отдохнуть от них.
— Почему сюда пришел, а не домой? — сердце, почему-то, колотится.
— Не помню точно, где живу. — сказал Рён. — Только это место.
— Скорее всего, это из-за q59. — Нанико поставила тарелку с лапшой на тумбочку. — Я схожу за продуктами. Присмотришь за ним?
— Конечно. — он кивнул. — Садись, дружище, будем тебя кормить.
Сесть Рён не смог, пришлось соорудить шаткую конструкцию из подушек и приподнять его, чтобы он облокотился на них. Как он добрался сюда в таком состоянии — большой вопрос, но задавать его смысла нет, потому что он еле ворочает языком.
— Открывай рот. — скомандовал Зисс.
Братьев он кормил сотни раз, так что возиться с детьми ему не впервой. Рён медленно жует и едва заметно улыбается. Как они с Нанико вообще едят эту адски острую еду?
— Тебе придется вернуться. — сказал он. — Понимаешь? Там все с ума сходят, наверное.
— Я просто захотел прийти. — Рён открыл глаза, затуманенные препаратами, и положил руку на его колено. — Не знаю, зачем. Я почти ничего не помню. — после каждой фразы он делает большие паузы, чтобы перевести дух. — То есть, помню, конечно, но ничего не чувствую.
— Это таблетки. — он старается говорить уверенно. — Тебе серьезно досталось.
— Не говорили, что с тобой. — видно, как тяжело ему держать глаза открытыми. — Я пришел проверить.
— Ты дурак? — он так удивился, что чуть не уронил вилку.
— Наверное. — Рён сжал его колено. — Не помню, что было до аварии.
— Вообще ничего? — разочарование — вот, что он испытывает.
— Побудь со мной, пока я не усну. — попросил Рён. — Потом позвонишь Таю, ладно?
— Тебя ведь ищут. — он попытался протестовать, но сразу же проиграл. — Ладно, но…
— Ложись. — Рён даже подвинулся, правда, всего на пару сантиметров. — Сил нет.
Он поставил тарелку на пол и лег рядом с ним на спину. Рён перевернулся на бок, положил голову ему на грудь, правой рукой обнял, а ноги поджал, как ребенок. Пришлось приподняться и прикрыть его одеялом, чтобы не замерз.
Уснул он, кажется, мгновенно, просто выключился от переутомления, но дыхание тяжелое, это тревожный знак.
Он гладит его по неприлично отросшим волосам и никак не может понять, чего в нем больше — радости от того, что Рён пришел к нему, или страха за него. Выглядит он действительно плохо, пугающе плохо, можно сказать, но, как говорила его бабушка, если есть аппетит, значит, выздоровление не за горами.
В конце концов и сам уснул, пригревшись рядом с Рёном, напрочь забыв о том, что вся клиника в Третьем стоит на ушах.
Глава 19
— Это безответственно! — орет Тай так, что трясутся стены. — Ты чем думал?! А ты?!
— Я просто уснул, прости. — он чувствует себя школьником, которого отчитывают перед всем классом.
— Уснул! Уснул! — Тай заорал еще громче. — А биомех вам нахера тогда?! Ты-то почему не позвонила мне?!
— Они просто спали, я решила дать им…
— Сборище идиотов!
В дверь настойчиво стучат. Тай распахнул ее и уставился на соседку. Они обменялись полными гнева взглядами, и она сказала: