— Реакция хорошая, действия… — послышался довольный голос незаметно подкравшегося Грюма, оказавшегося, совершенно незаметно от меня, сбоку с палочкой в вытянутой руке. — Сойдёт. А вот что ты думаешь делать дальше?

— Ну… — протянул я, нервно поглядывая на лже-аврора, мало ли что Краучу в его больную голову придёт: — Наверное, обнаружив противника, атакую его каким-нибудь заклинанием.

— Ну так атакуй, — Грюм улыбнулся своей кривой ухмылкой, а мне пришлось признать очевидное.

— Я бы рад, сэр, но что-то не вспоминается ничего.

— То и оно, Уизли. И девяносто девять наших так называемых магов, из ста, в такой ситуации тоже не сразу сообразят, с какой стороны за палочку взяться.

Опустив палочку, аврор прохромал обратно к своему столу и поднял что-то лежавшее там и блеснувшее в свете ламп. 

— Лови.

Вовремя сообразив что у него в руках, я отшатнулся, снова ныряя под парту, а в соседней задрожал, крепко воткнувшись в неё, нож.

Финка, похоже, что моя. Либо копия, с такой же наборной рукояткой.

— Бери-бери. Забрал в Аврорате, — Грюм, взяв со стола второй предмет, оказавшийся кожаными ножнами с креплением за запястьем, поковылял ко мне снова.

Выдернув с усилием нож из парты, я распрямился и хмуро посмотрел на профессора. Кого-то мне эти его воспитательные приёмчики напоминали. Один в один некоторые мои знакомые ГРУшники.

— Хорошее средство для боя накоротке, — Грюм протянул мне ножны, кивнул на нож: — Выбор одобряю, в нашем деле самое оно. А то начинают, то кортики какие, то чуть ли не полумечи таскать.

— Думаете нужно? — спросил я, крепя конструкцию к руке, и проверяя, как входит финка.

— Обязательно. Палочку можно выронить, потерять… — тут он осклабился, вспоминая, видимо, мой случай, но не говорить же ему, что бросил я её специально.

— Могут обезоружить, да мало ли. И большинство магов будет считать тебя абсолютно не опасным, и вот тогда, нож под ребро их сильно удивит.

Блин, мне показалось или нет, что последнюю фразу он сказал как-то по другому, чуть с иронией, что-ли? Я пытливо вглядывался в лицо Грюма, но то никак не изменилось, лишь волшебный глаз ни на минуту не замирал на одном месте, продолжая судорожно метаться из стороны в сторону.

— А в общем, залог победы, это связка из двух-трёх заклинаний, отработанная до автоматизма, — аврор присел на ученический стул, хлебнул из бессменной фляжки, продолжил: — В Аврорате мы изначально до состояния, когда ночью поднимешь, палочку в руки и ещё проснуться не успел, как кастанул, отрабатывали связку «Экспелиармус»-«Ступефай». «Инканцеро», иногда. «Люмос-максима» против оборотней хорош был, у них глаза намного чувствительней.

— А «Протего»? — спросил я про щитовые чары.

Грюм покачал головой, устало откидываясь и облокачиваясь о парту. Я присел тоже, разговор был полезный, так как весь арсенал выучить было нереально, нужно было выбирать оптимальный малый набор выживания попаданца. И личность Грюма, пусть даже и такая, поддельная, была ценным источником знаний в этом вопросе.

Ответил мне, смотря куда-то в сторону:

— Если только кому делать нечего было. От чего-то серьёзного он не защитит, а простыми в нас кидали редко. В бою нужно двигаться, постоянно менять позицию и стараться действовать неожиданно для противника. Стоять на месте и надеяться на крепость защитных чар, задача дурная, от Авады ещё ни одни чары не спасли.

— А какую связку мне посоветуете? — задал я логичный вопрос.

— А что ты умеешь? — поинтересовался аврор и, увидев моё поскучневшее лицо, резонно заметил:

— О том и речь, — но сжалился, над печальным мной, сказал, подумав: — Из тех, что попроще, «Ступефай» и, наверное, всё-таки «Протего», его хватит прикрыться от любых школьных заклинаний.

— Спасибо, сэр, — шаркнул ножкой я. — Обязательно буду нарабатывать.

А Грюм, неожиданно, хохотнул: 

— Конечно будешь. Куда ты денешься. Чтобы к следующему нашему занятию, эти два заклинания от зубов отскакивали. Понял меня?

— Понял, сэр, — вскочил я по стойке смирно. — А когда следующее занятие?

— Через неделю, в это же время. А теперь свободен, — аврор махнул рукой, отпуская меня, и я, быстро подхватив сумку, которая так и осталась лежать у входа, выскочил из кабинета. А то Грюму взбредёт в голову, напоследок, рвануть ещё что-нибудь.

Вернувшись в гостиную Гриффиндора, буркнув портрету «Полной Дамы» недельный пароль, узнал, что всё самое интересное позорно пропустил.

В одном углу гостиной пребывал мой товарищ Шимус с фингалом под глазом, но весёлый и довольный, с поддержкой в виде Дина Томаса, а в другом мрачный Невилл с разбитой губой, которого отчитывала, похоже, только что вернувшаяся из библиотеки Гермиона.