Вот это номер. Я удержался от комментариев, но ещё раз вспомнив события прошлого вечера, сам себе задал интригующий вопрос: так кого трахал в библиотеке Филч? Лица его ППЖ я не видел, только задранные ноги в чулках, да туфли на каблуке. Просто местный библиотекарь была самым очевидным для меня вариантом.

А тут, оказывается, целая интрига вырисовывается.

Под размышления на тему, а кто же эта, соблазнившаяся Филчевскими мослами, дама, мы и дошли, собственно, до места.

Стоило нам зайти и обратить на себя внимание, сидевшей за столиком библиотекарши, как та стремительно расплылась в довольной улыбке:

— Гермиона! Здравствуй деточка! Я только первый день как вышла, а ты уже ко мне.

Пинс подскочила и обняла мою сокурсницу, стремительно краснеющую под моим офигевающим взглядом.

— Я тут помогаю, периодически, — буркнула Грейнджер, смущённо. — Каталогизацию, провожу, помогаю с сортировкой.

— Она такая скромная, — библиотекарь, вернувшись к своему столу, выдвинула верхний ящик, что-то ища. — Если бы не Гермиона, мне бы было значительно тяжелее. Давно прошу помощника, но у Академии лишнего финансирования нет, и приходится, вот, просить неравнодушных студентов помочь.

Я покивал, глубокомысленно. Но тут Пинс наклонилась сильнее, отчего край юбки поехал вверх, открыв резинки чулков, и я прикипел к ним взглядом.

— Рон! — тихо зашипела рассерженной кошкой Грейнджер, отследив, куда смотрят мои округлившиеся глаза и дёргая с силой за рукав мантии.

Я позволил, кипевшей словно чайник девушке, отвернуть ошарашенного меня от этого занимательного зрелища и в который раз начал вносить коррективы в сделанные совсем недавно выводы.

Ноги были те же. Глаз у меня острый, а память цепкая. Тем более что такое раз увидев, всю жизнь не забудешь, и зуб даю, что чулки, туфли, да и сами ноги, были ровно такие, какие я видел вчера. Больше всего меня убедило родимое пятно, аккурат над резинкой чулков, на левой ноге. Сложно представить, что есть двое людей с одинаковыми родинками, и в одинаковых чулках, да.

Значит Филч трахал, всё-таки Пинс. Но Пинс вчера не было. Кого трахал Филч?

Тут, между делом, библиотекарь, пожаловалась: 

— Гермиона, опять вчера кто-то пытался в запретную секцию попасть, представляешь? Прихожу, а магические печати частью сняты. Не все, попасть туда так и не смогли, но всё же.

Поджав губы и доставая из ящика, наконец, с таким упорством разыскиваемое, добавила: — Опять студенты, наверное. Всё им неймётся, каждый год пробуют, — задумалась на секунду. — Только вот не помню, чтобы прямо в первый день занятий.

Подойдя, протянула девушке коробку с кипой карточек, сказала, в ответ на вспыхнувшие глаза: 

— Новое поступление, посмотри, может, заинтересует что.

Грейнджер с маниакальной улыбкой закивала, а мне пришло в голову предположение, которое я сходу отбросил как бредовое, но потом снова к нему вернулся, ибо оно было наиболее простым.

Кто-то, приняв оборотку, под видом мадам Пинс залез в библиотеку, зная, что самого библиотекаря в Хогвартсе нет, но знает об этом ограниченный круг лиц. С целью взлома запретной секции, естественно. Тут в библиотеке появился Филч. Который, сделаем логическое допущение, является сексуальным партнёром настоящей Пинс. Неизвестный, чтобы не вызвать подозрений, ответил ласкам, гм, ладно, пусть будет ласкам, хотя я постарался не представлять себе, как это выглядело в исполнении смотрителя Хогвартса. И вступил с Аргусом в, мнэээ, контакт. Назовем это так. После чего Филч ушёл, а неизвестный, успешно притворившийся библиотекарем, продолжил своё чёрное дело.

А теперь, внимание, вопрос: так кого же, на самом деле, трахал в библиотеке Филч?!

Гермиона что-то конспектировала у себя, просматривая выданные Пинс, карточки. Иногда подскакивала, уносясь в ту или иную часть библиотеки, после чего задумчиво возвращалась, снова быстро-быстро строча записи. А я механически листал книжку по основам заклинаний и никак не мог сосредоточиться.

Неужели Крауч-младший настолько безбашенный извращенец, что лёг под Филча, пусть и под обороткой? Бррр, меня, аж, передёрнуло от такого. Или всё-таки не он? Но представить в таком качестве какого-нибудь студента мне было ещё сложнее. Если только студентка-геронтофилка? Мда, лучше об этом не думать. И лучше бы это действительно был не Крауч, а то теперь мне просто страшно будет приходить на наши внеплановые занятия. Следующее из которых, между прочим, сегодня, через полтора часа.

— Рон, ты где витаешь? — вернувшись из очередного рейда по библиотеке, Грейнджер обратила наконец внимание на мой рассеянный вид. Упёрла руки в боки и язвительно поинтересовалась: — Всё никак не можешь чулки мадам Пинс выкинуть из головы?

— Тсс, — я замахал на неё рукой, оглядываясь на библиотекаршу в конце зала. Услышит, мне краснеть потом. Сказал первое, что пришло в голову: — Нет конечно, просто о зельеварении задумался. С Финниганом каши не сваришь, один я не успеваю, а Снейп и рад-радёшенек, лишний повод унизить Гриффиндор.

Она подняла брови, изумлённо: 

— Так ты не шутил тогда? Хм…

Задумалась, присела напротив.

Мы были единственными посетителями, нам никто не мешал, тишину разгоняли лишь большие напольные часы с маятником.

Внезапно, Гермиона вскинула голову и сказала, полным решимости, голосом: 

— Тогда садись на зельях со мной.

— А соседка твоя? — задал я резонный вопрос.

Та лишь поморщилась: 

— Да ну её, таланта нет, инициативы никакой. Мне, конечно, не жалко, но надоело.