Эта на первый взгляд элементарная задача оказалась не из лёгких. Чёрные комбинезоны валькирий словно специально были созданы, чтобы сливаться с мрачным неприветливым нутром окружающего стёжку леса. Нечеловеческая сила, основательная выносливость и запредельная ловкость дарили кошкам стремительность и незаметность перемещений. Заметить такую в «родной» стихии оказывалось очень и очень непросто. Обычно взгляд фиксировал лишь мимолётное движение, тень на самой грани восприятия.

Будь я лучше тренирован в стрельбе, этого могло бы хватить для точного выстрела, но не более. Пока же мне было рановато состязаться с валькириями в их базовом навыке. Их натаскивали так, что позавидовали бы мои отечественные спецподразделения. Эти кошки легко стреляли на движение, на звук. В темноте, на вспышку, чтобы мгновенно оценить ситуацию и произвести выстрел. В движении. В броне с отключенным освещением. В броне с отключенной фильтрующей электроникой. В самых экстремальных условиях воительницы должны были не задумываясь принимать решения и производить выстрел. А ещё дройды, управление которыми должно идти как бы параллельно управлению личным оружием. По своей сути, дройды оказывались вторым, третьим, четвёртым и т. д. оружием, которое нужно было использовать наряду с первым, основным. Я так пока не мог. Бить на звук, на шелест одежды, на движение — да. Со временем приходит подобный навык, особенно если регулярно его оттачивать. Но не с таким количеством мешающих прицельной стрельбе факторов, как в том же лесу.

А учиться придётся. И дройдов осваивать, хотя бы на среднем уровне — тоже. Ведь возможно всякое. Вот получу истощение полей посреди боя — как выбираться? Какую роль играть в стае? Обузой не должен становиться ни один боец. Нужна резервная позиция на случай, если сядут мои природные «батарейки». Всё это было для меня очевидно — особенно в свете памятной десантной операции Валери О`Стирх.

Конечно, навыки не брались с потолка. Мастерству стрельбы и работы с дройдами учили очень и очень тщательно. На нашей базе время от времени появлялись профильные наставницы, но лично мне с ними работать было пока рановато, базовую подготовку могли дать и мои боевые сёстры. А вот когда выйду на новый уровень владения базовой техникой, тогда да. Это с Викерой я мог работать уже сейчас, получая нешуточную отдачу — ну так и посвятил боевым искусствам всю свою сознательную жизнь…

Вот и сейчас валькирии показывали высший пилотаж в своих убийственных навыках. Со стороны их схватка походила на какую-то театрализованную игру теней. Во вспышках импульсов тени становились осязаемы, и тогда уже новые вспышки вспарывали лесной сумрак. Контраст красочного многоцветья силовых полей и энергетических импульсов — с одной стороны, и бархатистой полутьмы скрытого пушистыми кронами подлеска — с другой. И изумрудно-зелёные взблески листвы, ловящей на себе «взгляды» цветастых вспышек… Красочность в этой игре соседствовала с известной долей мистики лесного сумрака.

Ну а для человека знающего любоваться виртуозной игрой валькирий было особенно приятно — ведь нюансы любого искусства в куда большей степени способен оценить другой его адепт, чем простой обыватель… Однако по прошествии примерно половины пути даже я стал уставать от бесконечного мельтешения теней и импульсов. Не так я представлял себе Большую охоту — ой не так!

— Эй, кошки! Ну вы прям как будто в другом измерении существуете! Мне уже скучно! Словно и нет вокруг такого обилия великолепных человеческих хищниц! Возьмите меня в игру. Я лучше по кушарям вместе с вами потаскаюсь, чем тут без толку прохлаждаться! Или та ариала в самом начале была единственной смелой среди вас? Давайте, кошки, вы же на меня охотитесь, а не друг на друга!

Ответом мне была тишина, которую лишь пару раз прорезали вялые писки лазерных импульсов. Я только головой тряхнул, да потрусил дальше. Но, как оказалось, эффект от моей прочувственной речи был, сокрушался я напрасно. Не прошло и нескольких минут, как лесной массив расцветился такими спецэффектами, каких там отродясь не виделось. Вроде бы кто-то даже световые и парализующие гранаты использовал! А потом всё закончилось — так же резко, как началось. На измученное яркой круговертью восприятие упала давящая тишина тенистых крон. И была она стократ весомей ослепительной фантасмагории минутной давности…

Далеко не сразу я заметил, что у дерева, привалившись спиной к массивному стволу, стоит девочка в форме Экспансии. Словно недавняя круговерть цветов и оттенков породила её из чрева лесного сумрака. Метиллия, с убранными в высокую причёску пепельными волосами, — стройная, подтянутая — она стояла, скрестив на груди руки. Поймав мой взгляд, валькирия заговорила немного грудным, пробирающим до самого естества голосом.

— И чего ты орёшь? Думаешь, так легко не подставляться, да ещё и противника по этим кушарям выслеживать? А рядом с тобой — как на ладони.

— Ну, коты вообще склонны орать… Иногда. Просто так. По крайней мере, так это воспринимают окружающие.

Республиканка смерила меня взглядом своих салатового оттенка глаз и коротко хмыкнула.

— Ты про животных, что ли? Эти да, орут… Ладно, кот, признаю, всё это глупо смотрится. Мы от тебя по кустам прячемся, а ты бежишь тут один такой, несчастный и всеми брошенный.

Слова бесстрашной кошки всколыхнули в душе ответный порыв. Шагнув ей навстречу, я заключил девочку в свои крепкие объятия. Странно, но валькирия не противилась… зато воспротивились её товарки. Стоило мне обнять боевую сестру, как откуда-то справа пришёл энергетический импульс. На одних инстинктах я сместился в сторону выстрела, пытаясь прикрыть собой женщину. Однако вместо горячей благодарности в её ответном взгляде разлилось глухое недоумение.

— Ты чего это творишь?!

— Тебя защищаю, кошка.

— Это… не по правилам, — немного неуверенно изрекла метиллия, правда, высвобождаться из объятий не спешила.

— Кошка. Я чувствую энергию выстрела. От первого не защищу, потому что лучевое оружие бьёт почти мгновенно, но вот определить вектор и защитить от последующих — мне вполне по силам. Считай это бонусом за смелость. А ты смелая. И красивая.

Десантница беззлобно хмыкнула и, пользуясь позиционным преимуществом, просунула винтовку мне подмышку. Почти сразу за спиной зазвучали до боли знакомые писки выстрелов, а всю заднюю полусферу восприятия застило цветными переливами попаданий. Оттуда тоже били, причём стрелять начали ещё до того, как боевая сестра пальнула в ответ. Вскоре звуки лучевых импульсов сменились нецензурными руладами девичьей брани, а следом из густой листвы вывалилась полыхающая алым ариала.