Шрифт:
— Забери, — принц подтолкнул медальон к ноге Стаса. — Этот артефакт создает поле тишины на два с половиной шага вокруг. Я его нигде не показывал и получил далеко от сюда, поэтому можешь говорить, что он твой. Используй его, если тебе надо будет с кем-то связаться без лишних ушей. Позже я скажу через кого мы сможем гарантированно передавать сообщения. Времени мало, скоро должна уже подойти стража.
— Как я могу быть уверенным, что этот человек от тебя? — быстро уточнил Стас важный момент.
— Он или она скажет пароль: «Пустынная крыса».
За пределами комнаты послышались приглушенные голоса.
— А теперь извини, но все должно быть правдоподобно, — буднично произнес Джишин, подходя к насторожившемуся Стасу. — Чтобы тебе точно поверили. Ничего личного, ты это и сам должен понимать. — передразнил он слова самого Ордынцева.
В последний момент землянин что-то почуял и попытался увернуться, но у него, конечно же, ничего не получилось.
Первый удар пришелся в левую руку, аккуратно сломав лучевую кость. Тут же последовал пинок, сломавший большеберцовую кость на левой ноге.
Второй удар заставил ноги Стаса оторваться от земли, от чего он повис в воздухе. Но ненадолго, так как последний тычок пришелся в ребра ломая сразу несколько из них и кубарем отбрасывая Ордынцева в угол комнаты, походя снося какие-то ширмы и декративный столик.
Левиафан, которую Стас посадил в ванной и закрыл дверь, яростно зашипела и начала биться о преграду, стремясь спасти своего хозяина.
В то же мгновение каменная стена рухнула и внутрь вбежали напряженные стражи, тогда же в окно влетели еще двое. Видимо, они пробежали по стене. Все они держали руки на клинках, впрочем, их не доставая.
— Джишин Сумада, немедленно сдайтесь и следуйте за нами!
— Он жив! — один из воителей склонился над Стасом и отрапортовал начальнику, который облегченно перевел дух.
Командир даже боялся представить, что было бы, если их гостя убили в первый же день пребывания у них, да еще и из-за его халатности.
— Ик! — принца будто бы повело в сторону, и он еще раз икнул, оглядев всех осоловевшим взглядом. — Ладно, я… Я… Сдаюсь. Только дайте мне еще выпить.
Стражи немного успокоились и наконец отпустили клинки.
— Немедленно позовите целителя, — бросил начальник караула, осмотрев скрючившегося от боли Стаса на полу. — Приношу свои искренние извинения от имени клана Сумада. Это недопустимая ошибка с нашей стороны…
— Я вас прощаю, — просипел Стас, у которого чудовищно болели сломанные ребра, рука и нога. — Только приведите ко мне целителя!
«Долбанный Джишин! Ты ведь это специально, сукин ты сын!»
Важно: Решил не изводить вас ожиданием, поэтому выложу главу сразу и планирую в том же темпе добить оставшиеся главы до конца книги.
Глава 22
Целитель, как оказалось, прибыл не один. Вместе с пожилым невысоким старичком в помещение вошел и Идзуна.
— Целитель Широ, — наследник окинул помещение раздраженным взглядом, после чего перевел взгляд на Стаса, которого ранее подняли с пола и переложили на футон. — Действия моего брата никак нельзя оправдать. Те воители, которые опускаются до употребления алкоголя, редко поднимаются из ямы бессмысленного существования. Я прослежу за тем, чтобы тех, кто это допустил, примерно наказали.
— Господин? — пожилой лекарь вопросительно посмотрел на принца.
— Да-да, Хидэо-сан, можете приступать. — от Стаса не укрылось уважительное обращение принца к старику.
«Интересно, кто же он такой?»
— Ну что у вас тут случилось, молодой человек? — по-доброму спросил старик, осматривая раны Стаса. Глаза лекаря были немного влажными, и он часто моргал. Было очевидно, что стоявшему перед Ордынцевым мужчине уже очень много лет. Важной деталью его внешности были длинные белые усы и бородка, доходившие аж до уровня шеи. Седые волосы были завязаны сзади в хвост.
— Сломана лучевая кость на левой руке и большеберцовая кость на левой ноге, повреждены восьмое и девятое ложное ребро справа. — четко отрапортовал Стас. В этом мире медицина достигла необходимости давать названия всем человеческим костям, поэтому Стас обладал знанием, как они называются на этом языке.
— О, молодой человек, а вы я смотрю не чураетесь медицины? — приятно удивился старичок. — Но я все же проверю сам. — в следующую секунду его ладони вспыхнули ровным зеленым светом.
Стас аж забыл о боли, во все глаза смотря на первую в этом мире демонстрацию лечебных техник. За все эти месяцы ни один из его врагов или «друзей» не владел этим искусством.