— Свободный Народец? — непонимающе переспросил я.

— За воинами посмотри, — посоветовал мне брат Игнатий.

Я посмотрел и понял, что у серо-зеленой стены, которую я поначалу принял за скалу, есть голова, хвост и... крылья. Держите меня — это был дракон!

Но вот его изображение стало мельче, картина подернулась рябью, и мы как бы заскользили взглядом вдоль армии. Вот картина вновь замерла, и мимо пролетел дракон, на миг закрыв собой все озерцо. Размах крыльев у него был поистине чудовищен, и все же не настолько, чтобы поддерживать на лету такое огромное тело. Может, там воздух наполнен магией?

Ну конечно. Если прав брат Игнатий, то грубая волшебная энергия наполняла все пространство, как гипотетический «эфир», о котором судачили на заре науки об электричестве. Я мысленно дал себе пинка — я ведь об этом знал! А если существовало магическое поле, окружавшее Землю целиком, почему бы живым существам им не воспользоваться?

И я решил, что надо повнимательнее присмотреться к местной фауне.

Тем временем картина снова сжалась, уменьшилась в размерах. Перед нами появилась голова процессии, и я вздрогнул, как от пощечины. Во главе армии ехал рыцарь с длинными белокурыми волосами, волосы струились из-под шлема, увенчанного короной.

— Королева Алисанда! — завопил Жильбер. — Сама королева Меровенса!

Сердце у меня чуть не выскочило из груди.

— Не опасно ли это?

— Нет, — заверил меня Жильбер. — Погляди, кто едет рядом с ней.

По правую руку от дамы ехал мужчина в темно-синем одеянии, украшенном звездами, полумесяцами и кометами. Вот только на голове у него вместо колпака красовался железный шлем.

— Колдун? — решил уточнить я.

— Нет, это придворный маг!

— Как я посмотрю, он верхом на драконе. А ты говорил, что драконы — свободный народ.

— Так оно и есть, и легендарный Стегоман — друг лорда Мага, а не слуга. Вон, смотрите! — воскликнул Жильбер.

По другую сторону от королевы ехал рыцарь весь в черном, на вороном скакуне.

— Сэр Ги де Тутарьен, — заключил Жильбер. — Это его щит.

— Черные доспехи и щит без рисунка — как-то чересчур анонимно, — высказал я свое мнение.

— Верно, но какой еще Черный Рыцарь может ехать рядом с королевой Меровенса? Нет, чародей Савл, этого рыцаря, у которого на щите нет никакого рисунка, знают все! Это он помог лорду Магу сбросить с престола злобного узурпатора Астольфа и его колдуна Малинго, чтобы королева Алисанда могла взойти на престол своих предков!

Я понял, что скоро на меня обрушится поток исторических сведений.

— А потом, — продолжал Жильбер, сверкая глазами, — они вдвоем изрядно потрудились в Ибирии и так расшатали тамошний престол, что вскоре королева Алисанда смогла приехать в Ибирию и помочь воцариться истинному наследнику.

Я уже начинал прослеживать определенную закономерность.

— А кто законный наследник престола в Аллюстрии?

— Никто, — простонал Фриссон. — Бабка Сюэтэ их всех истребила, вырезала под корень, после чего узурпировала престол.

— Всех? — требовательно спросил я, не отводя глаз от поэта. Такой вариант развития событий уж очень не укладывался в средневековые традиции. — Ты уверен, что нигде не осталось никакого, скажем, спрятанного младенца? Может, его растили в крестьянской семье, а?

— Таких было трое, но королева-колдунья их всех разыскала и хладнокровно убила. А потом ее дочь хладнокровно убила мать, захватила престол и разослала по всей стране рыцарей искать единственного отпрыска королевской крови и его мать.

— Так. Наследников нет, — нахмурился я. — Возникают определенные трудности, верно?

— Мы найдем достойного монарха, — заявил брат Игнатий с непоколебимой уверенностью.

Мне бы его спокойствие.

Озеро зарябило, и Альпы исчезли. Появилась длинная река, стала шире, и вот мы увидели бой, что шел по другую сторону от переброшенного через реку моста. Изображение становилось все крупнее, и в конце концов стало видно, как оккупанты гонят защитников, как через мост прибывают все новые и новые отряды подкрепления. В самой гуще сражавшихся выделялся серебряный рыцарь с золотым обручем на шлеме.

— Король Ринальдо Ибирийский! — воскликнул Жильбер.

Но изображение уже стало мельчать. Скоро перед нами понеслись верхушки деревьев. Медленнее, медленнее, вот из зелени выползло что-то коричневое. Оказалось, что это всего-навсего лесная дорога, перегороженная воротами. У пограничного поста в ожидании проезда выстроилось пять повозок. Четверо возниц куда-то ушли, а пятый ходил вдоль обоза и успокаивал мулов. Но вот из пограничного домика показались четверо возниц. Они сокрушенно качали головами. А потом все пятеро навалились на ворота и снесли их. Затем они забрались на повозки и проехали вперед, за ворота.