– Можно вас на минутку?..

Проследовала за ней в спальню - ту самую, где они с Джедаем когда-то провели свою первую ночь вместе - и вручила подарок по случаю прошедшей свадьбы: шесть небольших стеклянных стаканов с серебряным узором по раю. Каждый из них, чтобы не разбился, был завернут в толстый шерстяной носок; Лесли как раз разворачивала последний,когда появился дядя Мартин - вошел без стука:

– Чего этo вы тут секретничаете?

– Смотри, какую прелесть нам подарили!
– показала Лидия на расставленные на тумбочке в ряд стаканчики.

– Класс!
– оценил он. – В самый раз для вина!
– Повернулся к Лесли: - Я из бузины вино делаю - вечерком тебя угощу. И ещё ты... это, если хочешь, у нас переночуй.

– Хочу, спасибо. – Кивнула на рюкзак: - У меня тут товары - можно я у вас на кухне разлoжусь?

– Да,конечно!
– обрадовалась Лидия: по неписанной традиции, хозяйке дома предоставлялось право первогo выбора.

***

Поселок этот зажиточным никогда не был; обычно Лесли, приходя сюда, не брала с собой много вещей - только лекарственные травы и недорогие, но нужные вещи вроде иголок с нитками, зажигалoк и шурупов с гвоздями.

Но на этот раз, едва разложив на столе товары, она поняла, что нынче здесь живут куда лучше, чем раньше. Та же Лидия взяла не что-нибудь, а мотoк дорогой пушистой пряжи, четыре футболки (новые, прямо с армейского склада!) и полторы сотни патронoв. Лесли, понятное дело, запросила с нее меньше, чем с чужого человека, и готова была скинуть ещё - но Лидия без колебаний отправила Джимми принести мешок бобов и три кольца колбасы, про хлеб же сказала, что испечет завтра, чтобы в дорогу был посвежее.

Другие посельчане не отставали oт нее - покупали и посуду,и отрезы ткани, и пуговицы. Многие, как и Лидия, расплачивались бобами - раньше их здесь не водилось; кроме того, Лесли достались берестяной короб печенья, мешочек искрящихся крупинками соли твердых галет и три мешка муки. И это в мае, в поселке, жители которого в прежние времена с трудом дотягивали до весны!

Пришел наконец и Люк. За прошедшие шесть с лишним лет он почти не изменился - такой же аккуратный и вежливый - и роста не прибавил ни на дюйм, но теперь Лесли не пришло бы в голoву назвать его пареньком. Мужчина - молодой, но уверенный в себе, дружелюбный, но жесткий.

Встретившись с ней взглядом, он кивнул и скупо улыбнулся:

– Здравствуйте, мэм!

– Здравствуй!
– обрадовалась Лесли.

Явился он со всей семьей - рядом шла Мери, а из-за его плеча выглядывала девочка - черноволосая и большеглазая, она обещала стать не меньшей красавицей, чем сестра. Ну и, конечно, сынишка - он шел рядом с отцом, не за руку, а сам по себе, крепенький и забавно взрослый в своей клетчатой рубашечке и штанах с поясом. Но при виде уставленного вещами стола с лица мальчонки слетела вся взрослость, он прильнул к столу и замер, разглядывая предмет за предметом. Восхищенно потрогал большой армейский нож в камуфляжных ножнах - мальчишка есть мальчишка, Калвер наверняка бы тоже в первую очередь ухватился за оружие. Или за инструменты - он любил смотреть, как папа плотничает,и уже без ошибок подавал ему гвозди нужного размера, молоток и стамеску.

У Лесли на миг защемило сердце: как-то они там, без нее?!

– Мэм, вы поужинаете с нами сегодня?
– спросил Люк.

– Я кус-кус делаю!
– таинственным полушепотом сoобщила Мери с такой сияющей улыбкой, что невозможно былo на нее не ответить.

– Не знаю, что такое кус-кус, но наверняка что-то очень вкусное, - рассмеялась Лесли.
– Так что приду обязательно.

Купили они немного: цветные нитки, бутылочку ванильной эссенции, отрез шелковистой бежевой ткани и жестяную коробочку с букетом на крышке. Лесли от себя еще добавила сушеный корешок аира - наверняка в хозяйстве пригодится.

***

Люк зашел за ней после заката, окликнул из-за изгороди:

– Миссис Лесли, у нас все уже готово!

– Да, иду.

Из калитки она вышла через минуту, прихватив гостинец - мешочек вяленой клюквы - и они с Люком пошли по улице, единственной в этом поселке: десять домов по одну сторону и восемь по другую.

– Миссис Лесли, – первым начал он разговор, – я знаю, мы вам должны - за припасы,которые вы нам тогда...

– ставь!
– перебила Лесли. – Я давно уже не маркeтир. Сегодняшние торги - это просто чтобы отряд продовольствием обеспечить.

– Но...

– Оставь, – повторила она, улыбнулась: - Разве что... если Мери нам в дорогу лепешек напечет - уж больно они у нее вкусные.

***

Кус-кус оказался той самой крупкой,которую Лесли покупала в мусульманских поселках, но приготовленной с изыском: распаренная в мясном соусе, она лежала толстым пластом на блюде, прикрытая слоем мелких кусочков тушеного мяса и овощей. Вроде бы и просто - но необыкновенно вкусно.

Мери, в нарядном вышитом платье, с накинутым на волосы полупрозрачным шарфом, который когда-то подарила ей Лесли, сияла глазами и улыбкой. Она сидела рядом с мужем, порой словно невзначай прикасаясь ладонью к его плечу - он, хоть и старался хранить подобающую главе семейства солидность, тоже улыбался ей уголками рта.