Отделы инвесторв и трейдеров сидели в полном составе в зале для совещаний. И на мужчинах, и на женщинах были надеты черные костюмы с белоснежными накрахмаленными рубашками и тесными галстуками. Строгий офисный дресс-код. И тут возникаю я, щуплый школьник в синей школьной форме с расстегнутым от жары воротником, с портфелем, перекинутым через плечо. Их начальник.

Перед широким столом поставили металлическую доску. На ней худенькая девушка писала маркером названия японских банков и напротив каждого суммы миллионов иен. Будущие инвестпакеты. Похоже, собрание начали без шефа.

— Сядьте, Окуда-сан, — велел я, подойдя к девушке. Личные дела всех подчинённых я заранее проштудировал. Девушка подняла на меня большие глаза.

— Садись, Анеко, — кивнула молодая женщина с собранными в узел светлыми волосами. — Пусть наш новый шеф себя покажет.

Усмешка мелькнула на накрашенных алых губах. Рицу Катаока, начальник отдела инвесторов. А еще суккуб рода Катаока, младшей ветви клана, уже ощутимо ступающей на пятки роду Нога. Я сосредоточил взгляд на женщине.

Суккуб

Уровень Обвинитель

Состояние адского котла 50 единиц ци

Мне она не по зубам. Не здесь, во всяком случае.

— Катаока-сан, нам еще сегодня работать, — мягко сказал мужчина в очках, сидевший напротив женщины. Соскэ Фува, начальник отдела трейдеров. С ним проблем не будет. Хоть он и Искуситель, но дисциплинирован. С остальными тоже — обычные люди, не инкубы, привыкли слушаться начальство независимо от его возраста. Так в Японии принято.

Но всегда найдется исключение из правил.

— А я разве мешаю, Фува-сан? — всплеснула Рицу руками с бесцветным маникюром. — Мальчик, давай же, нам еще работать.

Мальчик? Откровенно издевается. Знает, что не смогу вышвырнуть ее из отдела, хотя бы до тех пор, пока не добьюсь каких-нибудь результатов. И прямого конфликта не боится. Колоссальная разница в уровнях, опять же.

Всегда можно найти у человека мишень для удара.

Схватив доску, я со всей силы бросил ее на пол. Металл громко зазвенел по мрамору. Сидевшая ко мне ближе всех Анеко закрыла ладонями уши.

— Что ты творишь? — закричала Рицу. — Это наша стратегия на полгода минимум!

— Никаких частных банков, — отрезал я.

— Что ты несешь? Да у них прибыль…

Я пнул по доске. Лязг металла заглушил голос Рицу, и она заткнулась, надув щеки.

— Временное явление, — сказал я, когда в зале стихло. — Эти банки берут деньги у населения под процент и отдают их под видом кредитов компаниям мажоритарных акционеров.

— Аматаро-сан, — робко подала голос Анеко. — Но эти компании по всем рейтингам считаются надежными заемщиками.

— Вот в акции компаний и вкладывайтесь, — кивнул я. — Но не банков. Не факт, что они получат назад тела кредитов.

— Бред! Тогда будут иски, мальч… — решилась на новую попытку Рицу. Удар по доске — и грохот снова заставил ее замолчать. Блондинка возмущенно скрестила руки на груди, которая, кстати, тоже вполне сгодилась бы как мишень. Как две довольно крупные мишени.

— Чтобы «дочка» подала в суд на «мать»? — презрительно улыбаться мы тоже умеем, зацените. — Такое только в семейном праве возможно. Хотите заработать — вкладывайтесь в проекты акционеров, ради которых они и раздули банки.

Рицу раскрыла рот и успела-таки вставить, бестактность белобрысая.

— Мальчик, мозги не распухли, пока финрынки анализировал?

— Это мое дело.

— Да? А что с тобой сделает Маширао-сан, когда ты провалишься?

— Это его дело.

Навалившись на стол, Рицу прошипела.

— Мне воспринимать твои односложные фразы как личное оскорбление?

— А это твое дело, — ухмыльнулся в ее свирепые глаза и тут же опустил уголки губ. — Но если кто-то из вас вложит хоть одну иену в капиталы частных банков, — я поднял ногу над доской, — то мигом вылетит отсюда и, пусть он молится Небесному императору, чтоб не ногами вперед.

И долбанул пяткой по доске. В этот раз зал грохотал почти минуту. За это время Рицу успела и исполосовать, и поджарить, и обгрызть меня взглядом.

— Инвесторы могут идти на рабочие места, — сказал я, когда стих лязг. — Трейдеры остаются. Рицу Катаока-сан я жду в своем кабинете через полчаса.

— О, я буду! — пообещала блондинка, чуть ли не облизываясь. Ее подчиненные нервно сглотнули и посмотрели на меня прощальными взглядами. У Анеко даже слезы выступили на глазах.

— Такой молоденький, жалко, — услышал я быстрый шепоток уходящих гуськом инвесторов. — У меня сын его возраста.