Так торопился уйти, что едва дождался заказанной пиццы. Жен отнеслась к моему уходу философски, в точности как положено человеку, перебравшему с алкоголем, — вожделенно воззрилась на диван. И правильно. Я не уверен, что смог бы внятно объяснить, от чего бегу, даже самому себе. К черту. Надо добраться домой и напиться тоже.

Однако, план катится лесом, когда около не соответствующей общей атмосфере красной развалюхи обнаруживается непонятно откуда взявшийся братец-кролик.

— Садись, подвезу. Я сегодня трезвый, — сообщает он лаконично, забираясь на водительское кресло.

Я уже ездил на этом корыте пару раз и, как ни странно, оно не развалилось. Вроде, вовсе не о чем переживать, но нехорошее предчувствие в наличии. Оно оправдывается, как только мы оказываемся в салоне и Ян протягивает мне пачку сигарет. Я, разумеется, не отказываюсь, но вдруг этот братец-кролик захлопывает крышку прямо перед тем, как я успеваю взять предложенное.

— И что бы это значило?

— Ну, Сеня, — начинает он весьма и весьма пренебрежительно. Подумав, решаю пока не стучать ему по шапке, ибо серьезность так и прет. — Не стоит хвататься за все, что хочется. Когда человек стоит в донорской очереди, он должен трястись над своим здоровьем как гребаный параноик. И не только он — окружающие тоже. Не потому, что это опасно — нет; просто дай повод — и тебя охотно оставят тонуть, объявив, что шлюпки и так переполнены. Вот и трясемся, стараемся не давить лишний раз, не расстраивать. Иногда мама и папа срываются конечно, уж слишком Женька упрямая, но в последнее время это исключение из правил. В основном, наоборот — на цыпочках все ходят. Избалованная она, и сама не понимает насколько. Но так надо. Нельзя ее расстраивать.

Мы и не подумали тронуться с места. Подвезти он решил, как же. И я, кажется, даже догадываюсь, что Елисеев пытается сказать. Нехороший Сантино расстраивает его сестричку, ай-ай-ай. Сначала планирую посмеяться, однако вдруг он перескакивает совсем на другое, и веселье исчезает бесследно.

— Они ведь ровесницы. Вместе росли и всегда соперничали. Но больше дружили, чем враждовали, хотя воевали дико — до пластилина в волосах и надетых на снеговиков любимых платьев. Тем не менее им так комфортно. Ви невыносимая зазнайка с отвратительным характером, и считает, что ведет себя правильно, а Жен прячется за скальпелями от жизни, отношений и болезни, делая вид, что проблемы разрешатся сами собой, и не замечая, что это «само собой», обычно, предстает в лице родителей. В общем, они мои противные, невыносимые, упрямые старшие сестры. Два адова создания, которые по счастливой случайности подружились. Со временем Ви взяла на себя заботу о беспомощной родственнице, а Жен, по-моему, единственный человек, который может эффективно вправить кузине мозги. Они друг другу нужны. Короче, я это к тому, что хочешь трахать Ви — пожалуйста, ей это только польстит, но от Жен держись подальше. Она до абсурда любима и психически здорова. А еще переживет твое исчезновение. Ви ей нужнее.

Охренеть логика… И ведь, чтоб меня, не оспоришь!

— Как узнал о Ви? — спрашиваю.

— Да Бога ради, по ней же все видно. Терлась-терлась вокруг, а теперь включила игнор и нос пуще прежнего задрала. Ты, кстати, есть хочешь?

— У тебя с собой еда и нет бутылки? Может, ты на самом деле этот? Адриан?

— Эй, Адриану бы и в голову не пришло позаботиться о ком-то, кроме себя любимого. А ваш покорный слуга, вообще-то, ехал к сестре, глубоко несчастной после тяжелого рабочего дня. Ужин прихватил для верности, а то у нее на кухне можно найти что угодно, кроме еды. Но увидел, как ты с бутылкой по двору чешешь, фраер фигов.

— Давай сюда провиант, а то у нее одни оливки, и те паршивые.

Я долго думал о том, стоит ли посоветоваться с Алексом о Григории. Но все-таки пришел к выводу, что это лучший вариант. Счастлив он не будет — стало быть, и меня добрым отношением не порадует, но в сложившейся ситуации лучше уж так, чем подставлять и себя, и инопланетных отпрысков. Лучше я скажу обо всем лично, учитывая, насколько увяз в делах Елисеевых. Чертова медкарта. Так и знал, что аукнется — и вот, пожалуйста.

Моя жизнь — настоящая иллюстрация фразы «все проблемы из-за женщин». Одна оставила расти в приюте, другая связала своими проблемами, и вот только я выпутался, как встречаю инопланетное существо, вокруг которого хожу кругами точно кот около валерьянки.

Но Ян прав: с сестрами спать — табу. Боюсь, что именно по этой причине я не порвал с блонди (и не собираюсь), хотя она меня больше раздражает, чем заводит. Кстати, думал этой ночью к Ви поехать, но решил, что опасно — ляпнет что-нибудь, так прибью ведь. И без того на взводе.

Но одинокое утро все же наступило, и я позвонил Алексу. Мы с ним договорились встретиться вечером, ибо разговор не телефонный. Не стал бы его втягивать, если бы не чуял нутром неприятности. Это умение мне привили еще в приюте, и в последний раз оно дало о себе знать в день, когда на меня напали с ножом в подворотне. Тогда проигнорировал, сейчас не собираюсь. Да и, в конце концов, ситуация имеет к Елисеевым самое прямое отношение. Пусть теперь помогают выплывать на спасительное мелководье.